Белые искры снега

 – И просто хороший ребенок. Марго очень повезло с сыновьями, – улыбнулась она. О маме Яра она говорила с симпатией и теплотой, которая никак не вписывалась в ее телевизионный холодный образ независимого справедливого журналиста, привыкшего действовать разными методами для того, чтобы доказать свою правоту. – А это твоя девушка? – обратила она на меня внимание. Взгляд ее был дружелюбным, но оценивающим.

– Нет, ты что, – замахал руками Ярослав, обращавшийся с Инессой на «ты».

Видимо, они более чем хорошо знакомы. – Это наш учитель по русскому языку. Практикант, вернее, – добавил он, не говоря обо мне гадостей и даже «вспомнив» мое отчество. – Анастасия Владимировна. А это мама Ивана Дейберта.

– Вот как? – женщина улыбнулась и протянула мне руку. Я осторожно пожала ее. Почему-то захотелось счастливо засмеяться. Надо же, как приятно и волнительно общаться с человеком, которым ты так восхищался. И от Енота польза есть. – Приятно познакомиться.

Иван рассказывал мне немного про вас. Здравствуйте еще раз, Анастасия Владимировна."

"– Здравствуйте. Классный руководитель одиннадцатого «А» не могла приехать, и я подменила ее, – сказала я вполне себе официальным тоном, стараясь не выдать своего волнения.

– А я вас помню, – вдруг сказала Инесса. – У меня очень хорошая память на лица. Я видела вас в кабинете школьного директора.

Наверное, все неприятности последних дней стоили того, чтобы я познакомилась с этой женщиной.

Я смотрела на нее и понимала – какая же все-таки она яркая. Может быть, и не писаная красавица, но самодостаточная, уверенная и обладающая сильным характером, стойкая – о таких говорят, что у них внутри железный стержень. Настоящий образец сильной женщины, умеющей бороться за свои права. К тому же отличный журналист, не оставляющий в стороне тех, кто попал в беду.

Мы разговаривали, и я чувствовала себя как-то совершенно необычно.

Нет, мне не казалось, что мы давно знакомы, я не думала, что она – самый прекрасный человек из всех встреченных мною, да и автограф просить не хотелось, как, впрочем, и орать, что я – ее фанат. Я чувствовала легкий, как ветерок от веера, восторг, и настроение мое необъяснимым образом поднималось. Мне нравилось смотреть на Инессу Дейберт, слушать ее, понимать ход ее мыслей, да даже просто находиться рядом.