В небольшом коридорчике, ведущем к женской и мужской половине, Полина вдруг нагнала Яра и пугливо дотронулась до его плеча, отчаянно пытаясь не обращать внимания на взгляды и смех одноклассниц.
Ярослав удивленно обернулся.
– Ты… Ты сказал, что хочешь пить? Д-да? – вдруг спросила Полина странным голосом, глядя на парня расширенными, видимо от осознания собственной смелости, темно-синими глазами. Она резким нервным движением расстегнула ранец и достала темно-зеленую пластиковую бутылку без этикетки.
– Маслова, ты к активным действиям перешла? – спросил с ухмылочкой Мишка. Его друзья заржали.
– Ярочка, не пей из ее рук, она ж ненормальная, на тебе помешанная, – добавил кто-то из девчонок ехидно. – Мало ли что в ее домашнем отварчике?"
"Плечи Полины вздрогнули.
– Это уже не смешно, – ледяным голосом Снежного Принца, в груди которого билось горячее сердце, проговорил он – это было его лучшее амплуа. Отстраненный, но ответственный, хладнокровный, но справедливый, являющийся примером, но не боящийся пойти против всех – таким его видели те, кто не был его близким родственником или другом, за исключением чокнутой Насти, которая опять снилась Яру в весьма фривольном сне, или того же Вшивкова, с которым они были знакомы с детства.
– Все ваши намеки на произошедшее я буду принимать на свой счет, – сказал отстраненно Ярослав, глядя в стену, хотя в душе его кипело хорошо скрываемое возмущение: «Как вы меня достали, стадо! Ведите себя адекватно.
– Да Ярик, ладно тебе, – примирительно улыбнулась одна из девочек, которая сегодня доставала Полину. – Мы же прикалываемся!
– Надо мной?
– Ты что! Нет, конечно! – хором стали возражать девчонки.