Вечером, после восьми часов, он снова встретился с Юстиной, на этот раз — у неё дома.
В халатике она выглядела домашней и очень милой, в отличие от официально-недоступной на работе, но глаза девушки по-прежнему сверкали остро и властно, и Саблин с шутками насчёт хорошего вечера поостерёгся. Тем более, настроение у него после посещения поликлиники было скверное.
Юстина выслушала его внешне спокойно и сосредоточенно."
"— Вербовка? — спросила она с недоверием, когда он закончил.
— Нет, это именно зомбирование, — возразил Саблин.
— Ещё раз?
— Ну, не суть важно, это термин Прохора. Плохо, что Охотники начали прессовать его друзей, хорошо, что мы теперь предупреждены и можем сопротивляться. Но ведь найдутся те, кто не способен устоять перед вселением?
— Ты меня подозреваешь? — изломила бровь Юстина, как умела делать только она одна.
— Ни в коей мере, я предупреждаю, — вздохнул Саблин. — Ты устоишь, я верю.
— Хорошо, допустим, всё так и есть.
— Пробовали уже, он рассказывал, не могут, он сильнее, вышвыривает их «вирус». И это вселяет надежду. Хотя, с другой стороны, они подключают всё новые и новые резервы.
— Мы не сможем уберечь его от контактов со всеми людьми. Если только не изолируем…
— В психушке, — усмехнулся Саблин.
— Я этого не говорила. Но и сопровождать его как ВИПа везде и всюду двадцать четыре часа в сутки мы не в состоянии, мне никто не даст санкций на такое дорогое мероприятие.
— Нужно что-то придумать.
— Прежде всего нужно определить, за что на него точат зуб ваши Охотники. Какую мозоль он им отдавил?
— Он склоняется к мысли, что его путешествия каким-то образом сказываются на Безднах, откуда родом Владыки, трясут их, раскачивают, дестабилизируют. Власть Владык тоже начинает шататься.
— Я так и не поняла, что это за бездны такие.
— Числа растут до бесконечности, точно так же увеличивается и количество числомиров, то есть слоёв «матрёшки».