Несмотря на обещание сделать все быстро, она затягивает с этим.
Думай. Думай.
Я должна подобраться к ней достаточно близко, чтобы нанести удар. Наш поединок после бала научил меня всему, что мне нужно знать о недостатке физической борьбы, которую она ведет. Если я смогу подобраться к ней…
Если я смогу просто дышать.
— Ты многое знаешь о том, как не получать желаемое. — Мой голос — это крик, жалкая попытка казаться пассивным. От одного только воздуха, которым я располагаю, чтобы произнести эти слова, у меня кружится голова, и я молюсь, чтобы она клюнула на приманку.
Ее хватка ослабевает. Едва-едва.
В ее глазах звучит вопрос, на который я намерена ответить.
— Кай. — Его имя с трудом срывается с моих губ.
Взгляд Блэр острее, чем мой кинжал, который мне так отчаянно хочется иметь прямо сейчас. — Принцы, — продолжаю я, откашлявшись. — Кай и Китт. Ты не можешь получить ни одного из них. — Я делаю паузу, прежде чем выдавить: — Потому что ты им не нужна.
Я падаю на землю.
Из меня вырывается немного воздуха.
Встать.
Я поднимаю голову и, подталкивая под себя трясущиеся руки, медленно поднимаюсь на ноги. И, как ни тревожно, Блэр позволяет мне это. Кашляющий смех вырывается из меня, когда мои глаза встречаются с ее глазами.
Я удерживаю ее взгляд, который теперь пылает гневом.
Вот и все. Разозлилась настолько, чтобы причинить мне боль своими собственными руками.
— Скажи мне, каково это? Быть отвергнутой снова и снова и…"
"Я даже не успеваю закончить фразу, как меня подбрасывает в воздух и я снова падаю на песок.
Ослепительная боль пронзает ребра.
Я зажмуриваюсь — это единственная защита от удара твердым ботинком в живот. Приоткрыв глаза, вижу над собой искаженное яростью лицо Блэр.
— Никогда не забывай, что твое остроумие — это оружие, которым можно владеть, если только твой ум может быть таким же острым, как твой клинок.
Я улыбаюсь, несмотря на боль.
Она у меня именно там, где я хочу.
Ее нога снова вонзается мне в живот, и на этот раз я ловлю ее. Я слышу ее удивленный вздох, когда ужасно скручиваю ее, а затем дергаю к себе, отправляя ее на землю.
Я выбила из нее весь воздух, и я знаю, что она не привыкла к этому чувству, не тогда, когда у нее всегда была сила, за которой она могла спрятаться. Я мгновенно заползаю на нее сверху, прижимая ее руки своими коленями. Она рычит на меня, ее взгляд полон гортанной ярости.