Оно звучало так, будто он собирался выполнить какую-то важную миссию. Что ж, уже жду. И почти что трепещу, угу.
Мы завершили обед в молчании. Каждый доедал то, что лежало на тарелке, и думал о своем. Затем Ричард расплатился, потом помог мне подняться из-за стола и открыл портал. Миг – и мы уже в холле столичного дома.
Ричард сопроводил меня до спальни и удалился по своим делам. Я вызвала служанку, переоделась в более удобное платье, которое не сковывало движений, и уселась в кресло у камина. Пламя весело потрескивало, но его тепло не могло развеять ту тревогу, что сжимала моё сердце.
А если защита на теле Марлены, то получается, что все рассуждения Ричарда о моей непонятной родословной не более чем домыслы.
В общем, никакой четкости и ясности! Я вздохнула, пытаясь успокоить себя, но мысли всё равно не давали покоя.
В дверь постучали. На пороге появилась служанка. Поклонившись, она сообщила:
– Госпожа, к вам придворная портниха. Ждет вас в гостиной рядом.
Отлично. Хоть здесь отвлекусь немного. Заодно узнаю из первых рук о местной моде."
"Я встала, поправила платье и, собравшись с мыслями, направилась к двери. В голове уже рисовались образы великолепных нарядов, которые могли бы украсить меня на предстоящем вечере.
Когда я вошла в гостиную, портниха уже ждала меня, окруженная рулонами с яркими тканями. Она оказалась высокой плотной дамой лет пятидесяти, одетой скромно, но элегантно.
– Ваше сиятельство, я – найра Орана, – поклонилась она, – мне приказано сшить для вас шикарное платье.
Я кивнула, показывая, что все поняла. Мы уселись в кресла неподалеку от камина и принялись обсуждать и чертить на столе, на листе бумаги, возможные фасоны моего будущего нарядного платья.
До самого ужина я была занята и спустилась в обеденный зал, только чтобы утолить появившийся голод. Найра Орана уже удалилась, унося с собой эскизы и рулоны с тканями. И теперь меня ожидал прием пищи в кругу новой семьи.