Операция «Уран», когда мы окружали немецкие войска под Сталинградом — это ведь стало возможно в том числе благодаря возможности быстро перекидывать на огромные расстояния целые дивизии. А когда группа армий «Дон» Манштейна попробовала пробить это окружение? Конечно, тут тоже сработали и опыт советских генералов, и храбрость солдат, но что было бы без возможности быстро подтягивать подкрепления к местам основного удара врага? В 41-м мы не успевали, а вот в декабре 42-го подкрепления подходили уже вовремя.
Собственно, эту концепцию я пытался реализовать и у нас. Скорость, маневры, мозги… В этом свете я даже перестал обижаться на Николая за отобранные у меня путиловские заказы. Действительно: пусть лучше делают больше моторов. С броневиками мы и сами как-нибудь разберемся, а вот тысячи грузовиков для русской армии мне самому никак не потянуть.
Вообще, чем больше времени проходит после Корейской дуги со всеми этими якобы мирными делами, тем больше понимаю царя. Вроде бы вот он враг — нанес удар, даже наследил, но… Ответишь на полную — начнешь войну. Что хуже: дашь сразу нескольким врагам повод собраться в союз против нас. И все это в ответ на жалкий комариный укус! Двойная подстава.
"Сложно! Начать войну не потому что должен, не потому что нет выбора, а потому что пришло время…
— Вячеслав Григорьевич, сводки готовы, — Ванновский отвлек меня от мыслей, и я кивнул, чтобы тот начинал зачитывать.
С момента сражения у Ту-Ши-Куна прошло уже три недели. Мы оттащили подбитые британские броневики и до сих пор изучаем, есть ли там что-то, что мы могли бы использовать в своих машинах — пока без особых успехов.
После того, как Париж в ответ на якобы убийство своего генерала заблокировал 2-ю Тихоокеанскую эскадру, все только и делали, что бряцали оружием.