Другая группа, собравшаяся подле вернувшейся из Японии Казуэ, с удовольствием погружалась в мир красочных сплетен о своих недавних врагах. Третий большой островок образовался вокруг наших и столичных ученых, и там сейчас Жуковский рассказывал всем свои впечатления о посещении башни связи.
Он, кстати, и мне уже успел занести свой доклад, в котором предлагал использовать наши вышки для пеленга будущих самолетов. Он вообще изначально замахивался на полноценное определение координат, но нам просто не хватало для этого точности существующих приборов.
Впрочем, сегодня мы собрались не за этим.
— Господа, — я поднял свой бокал, и все остальные разговоры тут же начали затихать. — Сегодня мы получили телеграммы из Лондона, Парижа и Вены, так что позвольте поздравить вас с первыми победами в битвах за людские умы!
Часть людей сразу довольно закричали «ура» — некоторые уже зная в чем дело, другие просто за компанию.
— Мы же ведем радиотрансляции каждый день. А они просят нас остановиться.
— Но почему? Я слушал, и там нет ничего криминального. Даже удивлялся, почему Джек Лондон просто рассказывает о России, и все.
— Скажу честно, уже одного этого было бы немало. Некоторые деловые партнеры семьи, с которыми мы ведем дела в Европе и Персии…
— У вашего рода есть дела в Персии?"
"— Дядя служит в Афганистане, и персов, несмотря на покровительство англичан, интересуют кое-какие наши товары.
— На той же самой частоте?
— Да, поэтому если на площадях всегда выключают приемники ровно в десять, то те, у кого они есть дома, всегда слушают дальше. И корейцы, скажу я вам, совсем не стесняются и режут правду-матку.
— Дерзко. Очень дерзко!
— И вот европейцы не выдержали.