Через некоторое время нам требовалось приехать за результатами и получить восстановленные книжки. Это время мы обходились без них. Директор лагеря, подполковник в отставке, допустил нас к работе под свою ответственность. Пока же распорядился есть лук и чеснок. Сказал, что ест чеснок каждый день.
– А целоваться как? – пошутила Эльвира. – После чеснока-то?
– Отставить поцелуи, – ответил подполковник.
После признания подполковника в слабости к чесноку вопрос Эльвиры казался ему бестактным. Получалось, что жизнь его проходит без поцелуев.
Когда мы приехали в Ялту во второй раз, Эльвира велела всем сесть на скамейки возле поликлиники и отправилась разговаривать с врачами. Я любовался ее маршевым шагом. Именно так, шлепая сандалиями, она подходила по утрам к знамени на флагштоке и поднимала его под скрип ржавой проволоки.
Вскоре Эльвира вышла и тем же шагом направилась к нашим скамейкам. Строго посмотрев на нас, сказала:
– Я так и знала, что у кого-то обнаружатся глисты.
Все молча смотрели на Эльвиру.
– У кого? – спросил Владислав, которому терять было нечего.
Эльвира бросила еще один строгий взгляд.
– У меня.
Бедная Эльвира.
Мы молча тряслись от смеха, но девушка напомнила нам, что легких путей никто не обещал.
– Это всё из-за меня, – вздохнул Владислав. – Перед полетом у тебя не было глистов.
Все согласились, что – да, перед полетом не было, а после полета были: это ли не загадка? И кого же могла теперь винить Эльвира – “Аэрофлот”? Владислава?
Она пожала плечами:
– В чем-то все мы здесь недоработали.
"Распорядившись ждать ее, Эльвира снова направилась в поликлинику. Ее не было довольно долго. Мы опять сидели на скамейках и смотрели, как гора Ай-Петри постепенно скрывалась в облаке.
Когда в дверях поликлиники показалась Эльвира, в руке ее была небольшая коробка. Она приближалась к нам танцевальным шагом, потряхивая коробкой на манер джазовой мараки. Наша коллега не отстранялась от работы при условии ежедневного приема таблеток. Именно они отбивали внутри коробки победный ритм.
Как нам рассказала на обратном пути Эльвира, она дошла до главврача поликлиники. Сообщив ему, что является комсомолкой и старшей пионервожатой, Эльвира, по ее словам, потребовала выдать ей санитарную книжку.
– Жизнь так устроена, милая, – задумчиво сказал глав- врач, – что глисты посещают и членов ВЛКСМ, и даже старших пионервожатых. В данном случае их, вероятно, привлек ваш идейный уровень.
– Так, – выдохнула Эльвира.