– Учитывая, что заклятие установлено давно, то его силы вполне может быть достаточно для того, чтобы стрелка заколебалась. Да, думаю, что какое-то незначительно излучение артефакт способен уловить, но только вблизи.
Капитан, услышав это, разочарованно вздохнул. Его явно не устроил такой ответ. Впрочем, он вскоре встрепенулся, словно вспомнил еще кое о чем.
– То есть, излучение должно быть постоянным? – задал новый вопрос маг, и Вера сразу поняла, куда он клонит.
Старичок нахмурился, принимаясь задумчиво потирать подбородок.
– Не могу дать однозначного ответа, – спустя время ответил пожилой маг. – Что вы от меня хотите? – взвился он, когда увидел, как капитан разочарованно на него посмотрел. – Я ведь вам уже сказал, что не специалист. Или вы думаете, что заклятия такая простая вещи? Это вам не молниями и огненными шарами кидаться.
– Прошу прощения, магистр, – повинился капитан. Судя по всему, он старался утихомирить свое раздражение.
– Ничего, все в порядке, – моментально остыл старичок. – Когда я был молод, я тоже думал, что магия – это просто, – он благодушно усмехнулся. – Молодость.
После этих слов, капитан проводил пожилого мага на выход, а сам вернулся. Сев, он внимательно посмотрел на Веру.
– И что мне с тобой делать? – спросил он.
Она слегка нахмурилась, а потом посмотрела на дверь с легкой надеждой, после переводя вопросительный взгляд на капитана.
– Отпустить? Нет, так не пойдет, – он покачал головой. – Кто его знает, что на тебе за заклятие. Темные маги весьма изобретательный народ. Конечно, больше всего они любят жертвоприношения всякие, но не гнушаются и отложенными проклятиями. Подвергать город опасности я не могу.
Вера напряглась. Она понимала, что капитану проще всего убить ее, а не держать где-то, думая, что заклятие в любой момент может начать действовать.
– Убить тебя я тоже не могу, – вздохнул мужчина. – Твоя смерть может быть ключом для активации проклятия. Вероятность этого очень высокая. Черные маги любят такие вещи. Они кажется им символичными и красивыми, – он поморщился, будто съел что-то очень кислое.
Вера молчала. Впрочем, она все равно не могла ничего сказать. Ход мыслей капитана был ей понятен.