– Ты… полна сюрпризов, – улыбается Рушан белоснежной улыбкой, пока ловко расстёгивает ремни. Он достаёт кинжал, подаренный Назари отцом, который я так и не успела вернуть.
– Я носила его, чтобы ты мог забрать.
Он отходит, чтобы зажечь один из светильников. Откладывает кинжал на соседний диван и сразу возвращается. Рушан вновь затягивает меня в долгий, сладкий поцелуй с привкусом сушёной хурмы, поданной нам на десерт после ужина.
– Странный выбор места хранения кинжала для такого платья, принцесса, – со всей серьёзностью говорит Рушан, глядя в глаза, а затем стягивает моё нижнее бельё, не предпринимая попыток снять с меня всё остальное.
– Знала, что там ты найдёшь его быстрее всего, – в привычной кахари снисходительной манере отвечаю я, но при этом сглатываю сухость в горле, чувствуя знакомый трепет в животе.
Рушан усмехается. Подтягивает меня за бедра ближе к краю комода, от чего я цепляюсь обеими руками за мебель, чтобы не упасть. Он задирает юбки до колен, а я напрочь забываю все слова и как вообще разговаривать или просто моргать, глядя как Рушан опускается на колени.
– Даян сказал, что я должен вымаливать твоё прощение, и, поверь, ты вряд ли выйдешь отсюда, пока я не буду уверен в том, что ты больше не злишься, – в его словах нет никакого сожаления или угрозы, одна наглость и обещание.
Он закидывает мою левую ногу себе на плечо, а правую крепко держит рукой. Рушан ещё не успел коснуться, а по телу уже проходит волна дрожи, догоняемая поднимающимся жаром.
Глава 26
Айла
Каидан больше не угроза, я и Рушан наладили отношения с Ойро. Зима медленно отступает, сменяясь ароматной весной, а звёзды по ночам становятся ярче. Однако, несмотря на всё, у нас остаётся последняя проблема.
Легион.
Среди нас присутствует живое решение для этой угрозы, но мы не уверены, что имеем право просить Шиуна поставить на кон свою жизнь.