— У меня тоже в предках не пекари с сапожниками, — он потер грудь, — но такое!..
— Ты увидел все, что хотел? — опять хмыкнул я.
— Вопросы остались, — подмигнул он мне. — Когда-нибудь, может, и задам. И пойдем уже, не будем задерживать остальных.
Действие адреналина медленно сходило на нет, и, выслушивая восторги со стороны нашей молодежи, я понял, что организм начинает привыкать и к этим экстремальным физическим нагрузкам — мышцы с сухожилиями и связками хоть и тянуло, но вполне терпимо, так что на четвертьфинал, полуфинал и финал меня должно было хватить.
В следующие двадцать минут состоялись еще три схватки — Саша Романов «победил» Айдара Каранеева, Коля Романов Умберто Медичи, а Фриц Гогенцоллерн бившегося как лев Витю Нарышкина.
* * *
Наблюдавший со стороны за всем происходящим великий князь Александр Николаевич был очень доволен — репутация и так грозных Романовых сегодня поднялась на качественно иной уровень! И каждый из присутствующих должен был задаться логичным вопросом: а что есть еще в запасе у этих непредсказуемых русских? А значит, и ряд запланированных переговоров, намеченных царственным отцом, обещал пройти по нужному сценарию.
Особенно великого князя радовал сын, который умудрился за короткий срок сколотить из разношерстной европейской, и не только, молодежи крепкую команду с собою во главе, став для девушек и молодых людей непререкаемым авторитетом. А ведь это огромный задел на будущее — Алексею с Гогенцоллернами, Виндзорами, Медичи, Бурбонами, Аль-Нахайянами, Сингхами, Фатимидами, Бернадотами и прочими правящими родами в любом случае придется поддерживать самые близкие связи.
Оптимизм внушали и слова глубокоуважаемого князя Пожарского, сказанные им после вчерашнего инцидента с китайским императором:
— Саша, не вздумай Лешку ругать за нарушение протокола, внук, в отличие от остальных Романовых и наших дипломатов, смог парой слов сформулировать то, что давно витает в воздухе. А так, предложи своему отцу реально наехать на китайского императора, уверен, результат будет неожиданный.