Оба входили в сотню первых мечников мрака. Два точно таких же стража помещались с той стороны, сразу на входе.
При приближении Улиты дверь распахнулась. Лигул, вероятно, был уже предупрежден. Он сидел за столом, заваленным пергаментами, и просматривал их. Некоторые пергаменты он размашисто подписывал. Некоторые откладывал, отчерчивая перед тем строчку-другую длинным огненным ногтем. Третьи, так и не подписав, швырял на пол, откуда их поднимал ползающий на четвереньках секретарь.
– А-а, ты… Попалась-таки? – поинтересовался горбун, едва взглянув на Улиту.
– Я пришла сама, – сказала ведьма.
– Она не сама! Врет она все! Я-я-я-я ее поймал! Выследил, предал! – завопил в смертельной обиде Тухломон."
"Лигул нетерпеливо махнул рукой, и один из охранников выволок комиссионера из кабинета. Оторвавшееся по дороге ухо он выкинул следом и брезгливо вытер пальцы о штаны.
– А-а-а… ну да… Сама так сама! Какие новости? – сказал горбун, когда дверь за комиссионером захлопнулась.
– У меня двенадцать тысяч хороших новостей и шесть тысяч плохих! С каких начинать? – поинтересовалась Улита.
– С той единственной главной новости, ради которой ты сюда притащилась! Я чудовищно занят. Выкладывай! И имей в виду, что ты арестована. Отсюда ты уже не выйдешь, – сказал горбун.
Стража у дверей напружинилась, готовая по первому знаку выволочь Улиту из кабинета.
– Мне нужно говорить вслух? Чтобы услышали все? – спросила ведьма, кивая на охрану.
Лигул удивленно поднял глаза от пергаментов.
– Что это за фокусы?
– Это не фокусы.
– Какие вуши? – недоумевающе прорычал Лигул. – Что ты такое несешь? Ты бредишь, ведьма!
– Кавлик Быгуп! – сказала Улита, разглядывая лепнину на стенах. – Кавлик Быгуп – тра-ля-ля!
– Яснее, Тартар тебя побери! Ты отнимаешь у меня время!
Краем глаза Улита заметила, как охрана двинулась к ней.
– Кавлик Быгуп! Лысая Гора! Вуши-вуши! Расти большой – не будь лапшой! – громко повторила она.
В расширенных зрачках Лигула что-то дрогнуло и сломалось.
– А ну не трогать ее! Кто вас вообще вызывал? – заорал он.
Стражи застыли, переглядываясь.
– Что встали? Вон пошли, дармоеды! Из приемной тоже всех убрать!
– Да, но…
– ВСЕХ, Я СКАЗАЛ! Кто останется – обезглавлю!
После мгновенного замешательства охранники помчались выполнять приказ, однако Лигул все еще не был удовлетворен.