Близость. Переходя черту

- Сама нашла? – спрашиваю, поднимая на неё глаза и вглядываюсь в лицо малышки.

- Д-да – продолжает всхлипывать Катя, часто глотая ртом воздух в попытке успокоиться. – П-рост-ти. Я н-не хот-тела лазить по т-твоим вещам. Д-дверца тумбочки была приотк-крыта, я ув-видела и взял-ла.

Не сдержавшись, поднимаю руку и прикасаюсь к её щеке. Катя, кажется, сама того не замечая, непроизвольно льнёт к ней, слегка прикрывая глаза, вызывая этим невинным движением целый ураган эмоций, вмиг разбушевавшихся в моей груди.

Беру из её рук мягкую белую игрушку.

Того самого котёнка, которого она сшила мне на моё семнадцатилетие. Это самый важный подарок, который был со мной всегда, в какое бы дерьмо я ни вляпался и что бы ни происходило в моей чёртовой жизни. Подарок, который я трепетно храню, вот уже одиннадцать лет.

Кладу котёнка на тумбочку и снова поворачиваюсь к Кате. Малышка уже немного успокоилась и смотрит на меня своими огромными глазами. Чёрт. Если бы она только знала, что со мной делает один только её взгляд…

- Ты что, из-за этой игрушки расплакалась? – спрашиваю, стараясь успокоиться и немного привести себя в чувства.

Алкоголь бушует в крови, подталкивая к действиям. Хочется прижать девочку к себе, впиться в её губы, жадно исследовав её рот языком. Но жалкие крохи здравого рассудка настойчиво шепчут мне, что если я просто наброшусь на неё прямо сейчас, ничего хорошего из этого явно не выйдет. Катя только сегодня узнала, что мы не родственники с ней. Ей нужно время, чтобы свыкнуться с этой новостью и принять её.

- Я… я просто не ожидала даже, что ты… хранишь её до сих пор. – Малышка опускает глаза на свои руки, сцепленные на коленях, и я вижу, что в уголках глаз у неё снова начинают скапливаться слёзы.

Аккуратно беру свою девочку за подбородок и приподнимаю лицо, ловя её взгляд."

"- Ну а как же иначе, малыш? Это самое ценное, что у меня есть. Не считая тебя самой, конечно.

Едва эти слова срываются с моих губ, как Катя одним рывком бросается ко мне в объятия, обхватывая своими нежными ручками мою шею.

Подхватываю её тут же, крепче прижимая к себе, испытывая чистый неразбавленный кайф только от того, что чувствую тепло её тела сквозь два слоя нашей с ней одежды.

Опускаю голову к её волосам, вдыхая сладкий, ни с чем не сравнимый, запах моей девочки – запах ванили и детского мыла, который, кажется, уже течёт по моим венам, вплетаясь в цепочку ДНК.

Катин аромат пьянит хлеще любого самого дорогого виски, даёт приход круче, чем самый чистый героин.