Псионический взрыв окутывает настоятеля, разрывая мыслительные процессы, но слишком поздно. Он уже успевает нанести себе критический урон. Его лицо искажает болезненная гримаса, и с последним усилием он выкрикивает:
– За Великую Идею!
Его тело обмякает, а мозг окончательно омертвел. Я раздражённо хмыкаю. Не дооценил я фанатичность монахов, это да. А ведь настоятель был опытным Мастером. И всё равно он решил не рисковать боем со мной, испугавшись возможных сюрпризов, и просто прикончил себя.
– Ну что ж, хоть что-то, – бурчу, поднимаясь обратно на уже спустившегося Золотого. Настоятель не спасся, но и то, что он оставил после себя, может сыграть мне на руку.
Лечу обратно, связываюсь с Фирсовым через артефакт связи, встроенный в разгрузочный жилет. Его голос звучит хрипло, будто он только что прикрикнул на кого-то.
– Филинов, из подвала вылезла какая-то хрень! Огромный кабан красного уровня, минимум! – раздражённо сообщает он.
– Во-первых, прекращай заниматься хренью, Мозгоед, – ровным тоном отвечаю. – С тобой разговаривает командир операции, а не собачий хвост. Только я один решаю, чем и кому заниматься. Во-вторых, красный уровень – это, конечно, неприятно, но не смертельно.
Но спокойствия мне это не приносит. Интуиция настойчиво пинает в рёбра. Достав из разгрузки артефакт удалённой телепатии, начинаю сканировать местность.
Картина вскрывается неожиданная: группа людей на снегоходах движется прямо к Обители. На бортах снегоходов красуются эмблемы какой-то «экспедиции», но детали настораживают. Пулемёты, боевые маги, экипировка, больше подходящая для военной спецоперации, чем для научного исследования.
– Ну и кто вы такие, красавцы?
Присматриваюсь к матрицам. Узкие глаза, характерные черты, восточное поведение. Казахи? Нет, буряты? О, иероглифы!
– Ханьцы, мои перепончатые пальцы! – осознаю я, ощутив нешуточное удивление.
Да откуда эти-то здесь? Мммм, а мог быть Странник в курсе монахов? Если бы мог, то почему бы ему не сказать Ци-вану? Ну, в принципе возможно.