Сначала она относилась к этому как к должному, потому что муж на серьезной работе, занят, устает, зато много зарабатывает и полностью обеспечивает ее и ребенка. Но когда начались еженедельные поздние возвращения со словами, что Забродин проводил совещание, она впервые забеспокоилась, потому что представила себе, что будет, если он ее бросит. Дело явно пахнет женщиной, это она еще тогда почуяла. А что Алена может? Профессии нет, доходов нет, конечно, Слава будет давать деньги, он человек порядочный, без алиментов не оставит, но ведь она совсем ничего не может сама, она так разбаловалась, что не умеет решать самые элементарные проблемы.
Нет, нельзя позволить Славе уйти. Черт с ними, с супружескими отношениями, не так уж это важно, а вот удобства, комфорт, деньги, сервис… Не готова Алена Суханова этим жертвовать. А Слава? Как он относится к перспективе развода? А вдруг он об этом подумывает? Значит, теперь самое главное – не дать ему повода даже помыслить о возможности уйти из семьи. Никаких скандалов, никаких выяснений отношений. Она будет тиха и мила.
Но кровь этому бабнику все-таки попортит. Пусть покрутится да подумает, стоят ли его пошлые связи на стороне таких нервных затрат.
Она допила чай, поставила чашку на пол и задремала. Но очень скоро проснулась: послышались шаги в коридоре, Слава встал, он поднимается в половине седьмого. Алена потрясла головой, чтобы прогнать остатки сна, пощупала дочку – нет ли температуры, поцеловала ее в бархатную щечку и отправилась на кухню готовить завтрак.
– Как Лика? – спросил Слава первым делом.
– Ничего, кажется, получше. Температуры нет.
– Я пришлю опытную медсестру, она часам к девяти подъедет. И с Колоницким созвонюсь, пусть приедет посмотрит.
Колоницкий был известным педиатром, на прием к которому записывались загодя, если вообще пробивались, но Слава нашел ходы к медицинскому светиле, и лечение Лики доверяли только ему. Разумеется, небезвозмездно.
Больше он не произнес ни слова, пока не закончил завтрак. И Алена с разговорами не приставала.