Или нет, не квартиру – дом, хороший просторный дом в красивом месте, куда он привезет Наташу и где будут расти их дети. Хотя какие дети, если у Наташи с этим проблемы… Значит, в первую очередь нужно было бы заняться здоровьем Наташи, а уж потом придумать, как с умом потратить то, что останется.
Да, это все хорошо, просто отлично, но Павел Щелкунов надежд Ленара не оправдал и света на тайну наследства Чернецова не пролил.
На обратном пути Ленар сидел в машине молчаливый и расстроенный.
– Ты чего такой кислый? – спросил Виталий Николаевич.
– Мы опять ничего не узнали, – сердито ответил Ленар. – Опять холостой выстрел получился. А я так надеялся!
– Да ты что! Мы узнали массу полезных вещей! – весело проговорил Кирган.
Ленар нахмурился. И почему этот адвокат всегда разговаривает так, что ничего не понятно? Специально, что ли?
– Каких, например?
– Например, что Денис Чернецов каким-то боком в этом замешан.
– Почему вы так решили? – удивился Ленар.
– Ну, ты сам смотри, ведь сначала к нему пришел Антон, но, когда пришел я, он мне ни словом не обмолвился о том, что кто-то еще интересовался его дядей и наследством.
Ленар не очень понял логику Киргана, но промолчал, чтобы не показаться совсем уж тупым.
– А для Наташи это что означает? – спросил он. – Это как-то подтверждает ее невиновность?
– Пока нет. Но мы только в самом начале пути. Тебе надо набраться терпения.
Хорошо ему говорить про терпение! А там Наташа на нарах, в камере. Ей, наверное, уже совсем плохо. Одна минута в камере не сравнится с целым годом в домашних условиях. Уж Кирган-то должен это понимать. Но он, похоже, не понимает или не дает себе труда задуматься. Какой-то он равнодушный, холодный. Может, зря Ленар с ним связался? У этого адвоката душа за Наташу совсем не болит.