Меррит открыл рот, чтобы ответить, но голос опередил его: — Тем не менее я определяю эти файлы с вероятностью 99 целых 993 тысячных процента как устаревшие. Вопрос: вам переданы для меня обновленные сведения?
Меррит недоверчиво заморгал. Даже у новейших Боло модели XXV оставался бесстрастный машинный голос; они обыкновенно называли себя по-военному, в третьем лице, когда разговаривали с кем-либо, кроме собственных командиров. Этот же голос, при всей его спокойной бесстрастности, был абсолютно человеческим, не говоря уж об употреблении первого лица.
С другой стороны, нацеленная прямо в лоб винтовка не позволяла уделять слишком много внимания подобным размышлениям.
— Да, — ответил Меррит, поразмыслив. — У меня есть для тебя обновленные сведения.
— Хорошо, — отозвался голос, еще раз заставив взлететь брови Меррита. — Прошу понять, капитан: дело не в непочтительности, а в том, что правила безопасности всей установки требуют, чтобы в главную компьютерную систему не загружалось произвольных данных.
— Разумеется.
Меррит как можно спокойнее извлек из кармана гимнастерки чип, медленно развернулся и проследовал к пульту. Винтовка поворачивалась, не выпуская его из прицела и издавая негромкий звук, нервировавший его так сильно, что у него вспотели ладони.
Угрожать тому, кто может оказаться моим новым командиром, не следовало бы, однако я являюсь ценной развернутой боевой единицей, и моя первейшая обязанность — предотвратить доступ посторонних к пульту управления. Капитан Меррит, если он действительно является моим новым командиром, поймет мою осторожность и оценит ее по достоинству.
"Чип наделен верными опознавательными кодами и названиями файлов, поэтому я убираю первый заслон и сканирую сведения. Чип содержит только 36,95 терабайтов информации, и я завершаю сканирование за 1,00175 секунды.
Я с прискорбием узнаю, что файл моего первого командира пострадал, однако нехватка сведении о ней подтверждает ее собственное ощущение, что штаб Сектора «забыл, куда ее отправил», задолго до ее кончины.