— Нет! — рёв Карателя тонет в грохоте разбивающихся кристаллов. Впавшая в транс тварь слишком поздно осознала, что происходит.
Души ведьм с криком вырываются на волю. Белоснежные призраки, несущие смерть…
Зверь замахивается кинжалом на первого духа, но теряет контроль над Анжи, и сирена, срывается с места, сбивает Мигеля с ног.
А дальше… я вижу только блеск огромных когтей, белоснежное марево и алые росчерки…
Разъярённые банши рвут своего мучителя на куски, а наши маги добивают Хромого.
Дорогу снов заполняют оглушительные крики боли и запах, который я не забуду никогда в жизни… гниль и пепел… скверна и смерть…
— Уходим!
Крик Себастьяна отрезвляет.
— Амулет на его шее! — кричит Вэнди, вырываясь из рук мага, несущего её к выходу. — Спаси… душа Таши…
— Слышу! — эхом отзывается Себастьян.
От напряжения и усталости подкашиваются ноги, и я падаю на колени. Ещё немного, и не смогу держать переход…
— Быстрее, молю…, — шепчу, едва шевеля губами.
Тьму рассекает ещё одна вспышка и души жертв с победоносным воплем растворяются в серебристых лучах. А ко мне со всех ног мчат маги и Себастьян, держащий на руках обессиленную Анжи…
Не могу поверить… мы… действительно, победили?
ГЛАВА 43: В оковах истины
Через три часа, лазарет Алого Ордена (Виола)
— Больше всего я боялся, что кто-нибудь из стражников рискнёт заглянуть в комнату и увидит, как я спорю… с котом! — давясь смехом воскликнул Лионель.
— Не просто с котом, а с Его Величеством, Кусини Первым! — залихватски мявкнул мой фамильяр.
— И с начальником королевской охраны, Доминго Великолепным! — добавил второй кот.
Как выяснилось, план канцлера был прост и абсолютно безрассуден. Решив идти ва-банк, Лионель закрылся с фамильярами в переговорной, расположенной на пути к нашему бункеру и разыграл там целый спектакль.
Поскольку голос короля и Великого канцлера не был знаком лишь глухому, маг решил использовать способности Берти и Доминго к магии пересмешников.
Тапи и Лекс дружно двигали стулья, енот Элвис, обув на все четыре лапы башмаки, громко топал, имитируя нервные шаги, а Фреди периодически бил молоточком по столу, изображая гневные удары кулаком."
"По сути, план был не столько дерзким, сколько сумасшедшим.