Брак на поражение

— Зачем было подсылать к Сантьяго шайе? Он узнал, что мы стали на след?

— Нет, — успокоила нас Вэнди, — это была игра на опережение. А я, как могла тянула время. Молилась, чтобы вы успели, попросила Вильяма начать со слуг, знала, что он долго будет оплетать их паутиной, и это даст вам час-полтора форы…

— Вильяма? — уточнила я.

— Так звали шайе, — криво улыбнулась ведьма, — он единственный, к кому я даже немного привязалась, если это можно так назвать. Странное чувство, будто я с диким зверем поладить пыталась, но… его я хотя бы могла понять.

Шайе — дефектная ветвь метаморфов, многоликие сами создали их, пытаясь стать ещё сильнее, а затем выбросили жертв неудавшегося эксперимента умирать в пустыню. Но первые Пожиратели выжили и даже дали потомство, а со временем превратились в Чуму пустыни. Проклятые создания, и в то же время, несчастные, обречённые, пожираемые изнутри вечным голодом и презираемые всем миром. Я не оправдываю поступки Вильяма, он не раз убивал и без приказа Карателя, но его вёл к этому звериный голод. И он единственный из всех помощников Мигеля, кто не жаждал власти и не получал удовольствия от чужой смерти.

Страшная участь… Червь был подобен дикому животному, хищнику, ведомому лишь голодом и жаждой насыщения. И, если кто и достоин ненависти и презрения, то лишь его создатели.

— А почему шайе слушал именно вас? — спросила я, озвучив давно терзавший меня вопрос. — И вообще, этим существам можно как-то помочь, стабилизировать их жажду…

— Их голод нельзя контролировать, — покачала головой Вэнди, — я тоже думала, что смогу помочь ему, но это невозможно.

Радует лишь то, что Пожиратели почти вымерли. Их осталось слишком мало и скоро эта ветвь полностью исчезнет. А что касается вашего вопроса, то дело в моей магии. Морские ведьмы и метаморфы стоят ближе всех по структуре магии, поэтому закольцевать шайе на мне было проще всего.

— Значит, на самом деле Пожирателем управлял Зверь, но приказы отдавал через вас? — уточнила я.

— Именно так, — кивнула ведьма, — но, когда власть Карателя стала слабеть, я смогла немного корректировать его указания.

Ага! Вот значит, как! А я-то гадала… столько теорий придумала…

— Что ж, в целом ситуация прояснилась, — вздохнул Себастьян, — но у меня осталось ещё несколько вопросов. Сможете ответить на них сейчас или вам лучше отдохнуть?

— Давайте сейчас, — вздохнула Вэнди, — не хочу больше возвращаться к этому разговору.