Обычно мне удаётся держать их под замком, решая собственные проблемы без чужого вмешательства. Но сегодня они словно с цепи сорвались. Я едва удержался, чтобы не схватить Соню и не завалить на этом же столе, не разложить, как простую девушку, и не взять.
Как же хотелось ее попробовать!
Чёртово вино только усугубляло положение. Мысленно призывал себя потерпеть, не портить жене праздник. Понимал, что она и так оказалась лишена большей части своей жизни. Учитывая ее страсть к учебе, это было сложно.
Но когда Соня уселась ко мне на колени, да ещё и попросила о таком…
Как удержаться от соблазна? Как не дать себе совершить ошибку?
- Поцелуй меня.
Разве могла она сделать что-то ещё более опасное? Я буквально слышу, как один за одним слетают замки с моих внутренних чертей. Я почти не отдаю себе отчета в том, что делаю.
Только где-то на краю сознания фиксирую, что Соня очень хрупкая, и что нельзя причинять ей боль.
Я трогаю ее.
Целую. Кусаю. Лижу.
Делаю все то, о чем мечтал.
Она - моя. Пусть и только на этот вечер.
В ее взгляде я вижу настоящее желание. Искреннее, неподдельное. Пусть оно мимолетно, пусть это по какой-то неведомой мне причине.
Я не настолько благороден, чтобы отступить сейчас. К сожалению для неё. Ведь я возьму по полной от ее подарка.
Глупая моя Соня. Она думает, что это будет подарок для неё. На самом деле это подарок до меня.
Возможность прикасаться, целовать, ласкать.
Это гребаный джекпот, которым я воспользуюсь от и до.
Едва понимаю, что под платьем у Сони нет ни черта, как последние предохранители перегорают.
В голове на повторе только одна мысль - она готовилась. Готовилась для меня.
Она готовилась для меня!
Я даже не пытаюсь уже анализировать, почему я так залип на дочери друга, в какой момент все пошло-поехало. Я просто наслаждаюсь нашей близостью.
Все рациональные мысли просто вынесло.
- Соня… - выдыхаю между поцелуями. Тарская и сама пытается перехватить инициативу, но я уже потерял ориентиры. Все, кроме одного - хочу ее. Хочу до темноты в глазах, до сорванного горла. - Если ты передумаешь, я не смогу остановиться… потом…
Зачем? Зачем это гребаное благородство сейчас? Часть меня буквально ревет внутри, требуя перейти к тому, что прервали.