Он вышел в гостиную, поискал сифон с содовой водой и, не найдя его, принес сифон из своей квартиры. Затем он опустил штору.
– Теперь засните, а я приведу старика, как только он кончит обход.
Филипу показалось, что прошло несколько часов, прежде чем Гриффитс появился снова. Голова у Филипа раскалывалась, отчаянно ныли руки и ноги, он готов был расплакаться. Наконец в дверь постучали и явился Гриффитс – здоровый, сильный и веселый.
– Вот и доктор Дикон, – сказал он.
Врач подошел к постели – это был немолодой, спокойный человек, – Филип видел его в больнице.
– Ну, а вы что скажете? – с улыбкой спросил он Гриффитса.
– Грипп.
– Совершенно верно.
Доктор Дикон оглядел убогую меблированную комнату.
– А вы не хотите лечь в больницу? Вас поместят в отдельную палату, и за вами будет лучший уход, чем тут.
– Я предпочитаю полежать дома, – сказал Филип.
Ему не хотелось трогаться с места, к тому же он всегда чувствовал себя стесненно в новой обстановке.
– Я за ним поухаживаю, – сразу же вызвался Гриффитс.
– Что ж, хорошо.
Он выписал рецепт, сказал, как принимать лекарство, и ушел.
– Ну, теперь извольте слушаться, – сказал Гриффитс. – Я ваша дневная и ночная сиделка.
– Это очень мило с вашей стороны, но мне, право же, ничего не нужно, – сказал Филип.
Гриффитс положил руку ему на лоб.
– Я только схожу в нашу больничную аптеку и сразу же вернусь.
Немного спустя он принес лекарство и дал Филипу. Потом поднялся наверх за своими книгами."
"– Вам не помешает, если я буду заниматься у вас в гостиной? – спросил он, вернувшись. – Я оставлю дверь открытой, и вы сможете меня позвать, если вам что-нибудь понадобится.
В сумерки, очнувшись от тяжелого забытья, Филип услышал в гостиной голоса. Какой-то приятель Гриффитса зашел его проведать.
– Послушай, ты ко мне сегодня вечером не приходи, – услышал он голос соседа.
Через несколько минут еще кто-то появился в гостиной и выразил удивление, застав Гриффитса в чужой квартире. Филип расслышал, как тот объясняет:
– Присматриваю тут за одним студентом второго курса, это его комната. Бедняга заболел гриппом. Вечером, старина, в карты играть не будем.
Когда Гриффитс остался один, Филип его окликнул.