Мне с ней не до конца жизни в браке состоять же.
И все же… почему так легко согласилась? На все вопросы она отвечала односложно. И все что я о ней выяснил — приехала мисс Тамила Кейр из столицы, семьи не имеет, как и средств к существованию. Потому, возможно, она и хваталась за мое предложение с таким рвением.
Впрочем, на выяснение подробностей у меня еще будет время. А другой подходящей беременной, такой же безумной как я, у меня на примете не было.
— Ты вообще меня слушаешь? — взвизгнула мать, и зеленый пульсар врезался в вазу с цветами.
— Прекратите истерику, мама, — поморщился я, надеясь, что она меня хоть услышит. — Слушаю. И жду, когда вы выговоритесь и обретете способность не только орать, а еще и слушать."
"— Ты… — леди Рейверс выставила тонкий указательный палец, ткнув в меня длинным ногтем, выкрашенным в черный цвет. — Я подобрала пять кандидатур из благородных зажиточных семей, а ты притащил домой… Кто она вообще такая?!
Кажется, наступил самый ответственный момент:
— Официантка из трактира «Кривой рог», — ответил я, подавив желание зажмуриться.
У мамы от лица отхлынули все краски. Кажется, сейчас будет еще один обморок. Но нет, она медленно втянула воздух носом и так же медленно выдохнула.
— Ну, хоть не поломойка, — процедила леди Рейверс. — Срок? — коротко уточнила она, снова зашагав по комнате.
— Шесть месяцев, — опасливо ответил я, не очень веря в это спокойствие.
Леди Рейверс остановилась, как на стену налетела и обернулась ко мне лицом. В ее глазах полыхала ярость. А мне подумалось, что дым из ноздрей ей был бы сейчас как никогда к лицу. Я почти физически ощущал, как на ее языке вертится какое-то проклятье. Кажется, мужской несостоятельностью я все же обзаведусь.
— И потому притащил в дом… — начала мать, но вовремя остановилась, решив пока не награждать нелицеприятными эпитетами незнакомку с ее внуком в животе. — непонятно кого? Она аферистка. И ей нужно только наследство графства Рейверс. — Вот так совпадение — мне тоже. Правда, сказать вслух я это не решился. — Ты меня убиваешь!
— Прекратите этот цирк, — отмахнулся я, устав от ее получасовых стенаний. Право слово, обморочной она мне нравилась больше.