Магия?! Неужели отозвалась?!
Прикрыла веки и, втянув воздух, вновь приложила ладонь к крылу саламандры. Все внутри встрепенулось, а перед мысленным взором появилось маленькое крылышко. Ощутила жжение, но не отдернула ладони. Мысленно устремилась к тоненькой переломанной косточке и поврежденным перепонкам.
Мгновение — и меня обдало жаром. Саламандра расправила крылья и, отбросив многострадальную шляпку, устремилась в небо.
Сунув шляпку в сумку, я выскользнула из своего убежища и направилась по центральной аллейке в сторону дома.
— Я смотрю, в поместье Рейверсов, как всегда, не скучно! — позади послышался уже знакомый веселый голос. — Доброго утра, Тамила!
Развернулась и встретилась взглядами с Альбертом. И что-то в его глазах мне совершенно не понравилось.
— Доброго утра! — я все же улыбнулась. — Небольшое недоразумение с огненными саламандрами, ничего особенного.
— Да уж! Но моя драгоценная тетушка, похоже, сейчас сама воспламенится как саламандра… — хмыкнул Альберт глядя мне за спину. — Наидобрейшего утречка, тетя Кассандра!
— Альберт! Ну конечно! Кого еще могло принести в такой день! — леди Кассандра, похоже, особой любви к племяннику не питала. — Вот только тебя сейчас и не хватало!
— Я тоже безумно рад вас видеть! — оскалился в улыбке Альберт. — Вы все так же прекрасно выглядите!
— А ты все так же совершенно не умеешь врать! — леди Кассандра откинула прилипшую ко лбу рыжую прядь волос.
— Миссис Рейверс! Ми-миссис Рейверс! — из-за двери появилась бледнющая Амели, — Ле-леди Кассандра… Там… там…
— Что еще?! — рявкнула моя фиктивная свекровь. — Что еще могло произойти сегодня?!
— Взрыв… взрыв в рудниках… — пробормотала Амели, всхлипнув.
Глава 26
Тамила
…бом-бом-бом! Часы в просторном холле госпиталя Теринкрема в полной тишине тревожно пробили шесть часов вечера. И беспокойство в груди, казалось, достигло пика.
Комкая подол платья трясущимися руками, я замерла, сидя на диванчике и с надеждой вглядываясь в конец коридора. Туда, где скрылись целители, сразу после того, как Эрика доставили из рудников. Перед глазами металась бледная как смерть леди Кассандра, губы которой шевелились в беззвучном разговоре, в покрасневших глазах проступили слезы. К ней то и дело подскакивал Альберт, пытавшийся успокоить тетушку.