В финале речи Катерина зажмурилась, ощутила ту самую кучу, опутала её силой, приподняла, глянула — нет никого, значит, можно — и с силой обрушила на землю. С высоты примерно пятого этажа — много лет жила на такой высоте в хрущёвке.
— Вот теперь начинайте с того, что берите всё это и уносите, куда положено, ясно?
Оба разгильдяя сказали, что им ясно, и побрели таскать обрубки и собирать опилки. Мастер Дженкинс обещал, что к Бельтайну крыша будет — хотя бы простая деревянная, а потом уже можно и красивую черепицу заказать, и что там ещё миледи захочется.
Миледи понятия не имела, что здесь можно захотеть. Дома дачу крыли шифером, здесь шифера не водилось. Этот вопрос ещё предстояло провентилировать.
А сейчас она с удивлением наблюдала сверху за Хью Айви, который что-то вещал очевидному священнику, смеясь, размахивая руками и показывая на неё. Видимо, не судьба ей сегодня чистить стену, придётся спускаться. Или судьба, не спускаться же несолоно хлебавши?
Она вновь собралась с силами, уже выработался целый ритуал — вдох-выдох, выпрямиться, поднять голову, прикрыть глаза — и скомандовала куску стены очиститься.
Священник, увидев её, разулыбался.
— Дитя моё, Кэт, как я рад тебя видеть! А ещё больше рад видеть занятой и деятельной!
— Доброго вам дня, — неуклюже поклонилась Катерина.
Рефлексы тела постепенно отмирали, потому что кто б его слушал? Тело боялось всего — леса, речки, высоты, парней Роба и их взглядов — просто взглядов, ничего лишнего они, надо отдать им должное, себе не позволяли. И ощущать всё это Катерине уже ой как прискучило — поэтому она просто перестала тело слушать. Кто тут вообще хозяин, в этом теле? Что первично? Вот, то-то же.
— Я приятно удивлен, Кэт, никогда бы не подумал, что ты так ловко возьмёшь здесь все хозяйственные работы в свои руки.
Вот так. Кэт, Сэмюэль. Выходит, он тут со всеми накоротке. Не проколоться бы.
Но от дома Айви к ним уже бежала со всех ног Грейс, занимавшаяся в тот день просушкой найденных в замке подушек и матрасов на солнечном участке крепостной стены.