Так же медленно поворачивает нож лезвием к себе, показывая, что все хорошо, так нож не метнешь … Хлопок и пуля навылет пробивает грудь болвана, уверенного, что он хозяин положения. Велетнев облегченно вздохнул, одобрительно показал большой палец. Собрали оружие, побежали дальше.
— Черт, нас вычислили, — раздраженно бросил Михаил на ходу, — кого-то не добили. Очень плохо.
— Добьем позже, — беспечно ответил Василий.
— Это само собой, — согласился Велетнев, — но лучше сразу. Зрители в нашем деле становятся или свидетелями, или мстителями.
Оба понимали, что надо менять маршрут — их вычислили и где-то ждут. Но как, если карты нет, а в памяти все мелочи не удержишь? Оставалось идти вперед, утроив бдительность и не мечтать на ходу, что ты уже ушел от всех, как колобок. Как раз не ушел! Круто свернули на юг, показался край леса и саванны.
— Ну что, Василий, бежим?
— Бежим, — согласился Барабанщиков.
Сбросили все лишнее, оставили только оружие. Жрать и спать — дело свинячье, поэтому решили бежать, покуда есть силы, отдыхать в прыжках.
— Мишка! — крикнул Барабанщиков, — в машинах …
— Не ори, вижу, — сквозь зубы ответил Велетнев. — Они сейчас на поворот уйдут. Поддадим и через дорогу в кусты. Давай!"
"Василий поддал так, что стук собственных копыт начал отдаваться в голове. Через минуту петляющие машины остаются за спиной. Дорогу перемахнули одним прыжком, как лоси в гон и помчались дальше, не разбирая дороги, перепрыгивая ямы, кусты и камни.