ЗАЙТИ И ВЫЙТИ

– Кто-же ещё?

Трофимов посмотрел на командира разведчиков, словно ища поддержку своим словам.

- Генерал до последнего момента был с нами на связи. Он точно знал, что мы живы.

- Да, - подтвердил Шаманов.

- Мужики, - комбат развёл руками. – Давайте будем радоваться, что мы не перебили друг друга. А что там, в верхних слоях атмосферы генеральского разума происходит порой – не наше дело."

"Свежий батальон быстро опрокинул сопротивление врага, и противник начал отход. Попытки цепляться за крайние дома были жестко подавлены огнём танковых пушек, стреляющих осколочно-фугасными снарядами.

Артиллерия плотно прошлась по прилегающим к селу лесопосадкам. К вечеру стало окончательно ясно, что врага в Николаевке нет.

Раненых смогли эвакуировать в МОСН, собрали убитых – и своих, и чужих. Пехотный комбат оказался толковым командиром, и смог быстро организовать оборону села.

Вернувшись «домой», в своём рюкзаке Юра нашёл глазные капли, выпил ещё несколько обезболивающих таблеток, и, прихватив коробку сухого пайка, вернулся в школу.

К этому времени уже стемнело. В одном из учебных кабинетов на третьем этаже разведчики установили свой тепловизионный прибор наблюдения, и Шаманов находился там же, время от времени подменяя своего наблюдателя.

Обстановка не способствовала расслаблению. Даже пережив такой тяжелый бой, который унёс жизни десятков, а может и сотен людей с обеих сторон, каждый из офицеров понимал, что угроза возобновления вражеских атак отнюдь не миновала.

Враг вполне мог, подтянув свежие силы, попытаться вновь ударить по Николаевке, тем более, что множество оборонительных позиций уже было разрушено, требовали восстановления, и устойчивость обороны, безусловно, была подорвана.

В общем, все ждали новый бой. Мощный тепловизор, находящийся в распоряжении армейских разведчиков, в значительной степени определял возможности по раннему предупреждению появления противника, если бы он снова задумал осуществить атаку на село.

Юра и Сергей сидели на досках, прислонившись спинами к стене.

Командиру разведгруппы подчинённые принесли флягу, в которой, удивительное дело, оказался коньяк, и теперь офицеры сидели и молча по очереди делали из этой фляжки глотки, закусывая принесённым Трофимовым сухпайком.

Говорить ни о чём не хотелось. Сегодня весь день смерть смотрела им в глаза, и много раз пыталась забрать к себе – но лишь какие-то случайные обстоятельства препятствовали этому, сохранив им жизнь.