- Смотрите, - она перед собой положила лист формы для заполнения. – Факт ранения или контузии фиксируется в МОСН, куда поступают все раненые. Здесь выписывается справка по «форме 100». Далее вы поступаете на стационарное или амбулаторное лечение в госпиталь, или под присмотр ваших врачей в ОМЕДБ, а после излечения проходите ВВК и получаете справку о ранении. Эти два документа теперь являются основанием для страховых выплат. В вашем случае это три миллиона рублей.
- О, как… - Юра вспомнил, как буквально полгода назад искал деньги на сложную и дорогую операцию маме, и как от него отвернулись все те люди, которые могли бы с лёгкостью помочь – и у них бы не убыло – но не помогли.
- Да, - кивнула лейтенант. – Сейчас так.
- А раньше было иначе? – осведомился Трофимов.
- Раньше справку для получения страховки выписывал начмед части. Знали бы вы, сколько всяких ушлых штабистов и тыловиков оформили себе по две-три лёгкие контузии, диагностирование которых – дело очень зыбкое и неконкретное.
- Да, я что-то такое слышал, - кивнул Юра.
- Теперь же действует приказ, который поставил на этом безобразии точку. Все страховые выплаты отныне идут только через военно-врачебную комиссию.
- А лёгкую контузию комиссия может и не выявить? – предположил Юра.
- На ВВК обязательно будут делать томографию головного мозга, и это исследование на сто процентов покажет, была контузия на самом деле, или она были симулирована.
Трофимов почувствовал, что девушка-лейтенант, таким образом, даёт ему последний шанс одуматься, на случай, если он сейчас пытается симулировать свою контузию.
- Оформляем? – спросила она.
- Да, - кивнул Юра.
- Хорошо, - она раскрыла удостоверение личности и стала вписывать в форму необходимые данные.
Всю процедуру оформления Юра сидел молча – строгий голос и эмоционально выгоревший взгляд девушки не предполагал никакого, даже самого лёгкого балагурства.
***
Возвращение в Николаевку было омрачено потерей правого заднего колеса, в которое попал осколок от взрыва мины, прогремевший метрах в ста от машины.