ЗАЙТИ И ВЫЙТИ

– Они тоже туда ходили и ничего не нашли.

- Каковы ваши предложения? - спросил генерал Лазаренко.

- Зайти по этим двум лесополосам, - Фильченок двумя ладонями провёл по карте. – А здесь, вдоль железной дороги, пойдут батальоны мотострелковой бригады…

- Тогда у вас выходит пересечение действий, товарищ полковник. Вы не боитесь потерять людей от «дружественного огня»? – спросил заместитель командарма полковник Павлов."

"- Нет, - чистые и ясные глаза полководца посмотрели на Павлова, затем на сидящего сбоку командующего группировкой генерала Миронова, не проявлявшего пока никакого интереса к докладчику.

– Чего бы они там друг друга перестреляли? Никого мы не потеряем!

- Вы сами создаёте предпосылки для «дружественного огня», - заметил Павлов.

- Подразделения договорятся между собой, - ответил командир дивизии.

- Об этом должны позаботиться вы сами, - настоял заместитель командующего армией.

- Позаботимся, - отмахнулся Фильченок.

- Кто противостоит нашим действиям? – спросил Лазаренко.

- Нам противостоит… - полковник поднял глаза к потолку.

– Не менее двух батальонов противника. И артиллерия. Но я вас заверяю – это будет сродни лёгкой прогулке.

- Нумерация вражеских частей вам известна? – не унимался Павлов.

- Да кто их там разберёт…

Юра сидел в последних рядах и откровенно недоумевал от увиденного, как и большинство офицеров, которым в самое ближайшее время предстояло идти в бой. И некоторым – под командованием докладчика.

То, какой бардак творился в войсках, Трофимов видел ежедневно.

Но он понимал, что идеального порядка не будет никогда, и всегда будет «оставаться место подвигу», считая за подвиг действия, направленные на исправление чьих-то ошибок в планировании и подготовке боевых действий. Но сейчас он сидел и смотрел, как эти ошибки зарождались на стадии планирования предстоящей операции и из старших командиров их никто не спешил пресекать или исправлять. Юра просто не верил своим глазам и ушам. Впрочем, и планирования как такового не было – слова недавно назначенного командира дивизии не раскрывали в нём необходимых командиру знаний. Это было настолько очевидно, что многие присутствующие откровенно зубоскалили.

- Это родственник заместителя начальника «гэша», - сообщил рядом сидящий подполковник ВДВ. – Неприкасаемая фигура. Очень ценный кадр.

- Для врага? – уточнил Юра.

- Ну, не для нас же, - краем рта улыбнулся десантник.

После совещания в армии Михайлов собрал офицеров на пункте управления бригады.