- Боевой Устав, защитив непререкаемость решения командира, пособствует и обратной стороне медали, позволяя при некомпетентном командире «мясным штурмам» цвести буйным цветом – потому что возразить никто не смеет, не рискуя попасть на передовую.
- К счастью, случилось то, что случилось, - сказал Витя. – Но я не могу найти объяснение тому, почему сняли Михайлова. Ведь он был совершенно типичным современным командиром, не способным идти в ногу со временем. Он был частью прогнившей системы, которая по-другому воевать не умеет.
- Здесь вопрос в другом, - заметил Трофимов. - Савельев на три головы выше Михайлова по оперативно-тактической грамотности и организаторским способностям, и Павлов это знал лучше всех. Зачем он изначально поставил комбригом «Скифа», а не Савельева?
- Да вот здесь-то как раз всё просто, пацаны, - в разговор вмешался Женя Гусев. – Наш бывший комбриг Павлов, уходя на повышение, оставил Колю вместо себя только потому, чтобы тот, чётко зная свой уровень компетентности, а вернее, некомпетентности, дорожа своим местом, слепо выполнял любые его приказы.
- Виновным в массовой гибели людей останется только Михайлов, но никак не Павлов, и уж тем более, никак не Миронов – система не пойдёт на самоуничтожение, - предположил Васильев.
- Вот я совсем не исключаю, что он ещё всплывёт на какой-нибудь другой бригаде или дивизии, - сказал Гусев. – В нашей системе всё может быть.
- А я бы очень хотел, чтобы Михайлова заставили побывать во всех семьях мобилизованных, погибших из-за его бездарного руководства. Пусть объяснит родным и близким погибших, за что умерли их мужья, отцы, братья и дети.
- Согласен, - сказал Васильев.
- Согласен, - сказал Гусев.
***
Савельев хорошо взялся за дело: искусно поставленная с помощью радиоразведки контрбатарейная борьба принесла свои плоды – работа вражеской артиллерии уменьшилась кратно. Это позволило организовать доставку в Петровку боеприпасов, продуктов и воды, а также начать вынос раненых и сбор тел убитых.