Я помню, когда мы были с Машей помладше, он катал нас летом в кузове по полям. Это было веселое время.
Как знать, может быть, и мой ребенок полюбит те же вещи, что любила когда-то я.
Сердце неожиданно сжалось от мыслей, которые, так или иначе, затронули тему материнства, но и отцовства тоже.
Я не планирую скрывать ребенка от Захара. По крайней мере, я сейчас в этом уверена, а что там будет дальше, посмотрим.
Еще в самолете я сделала свою социальную страничку приватной и не планирую добавлять никаких незнакомых людей, но мне почему-то кажется, что он и не попробует снова войти в мою жизнь.
Или же надеюсь на это.
Захар сделал мне не просто больно, но отрезал меня от себя за секунду.
Незрелость это или страх – неважно. Важно то, что он не попытался исправить, не побежал за мной… Он даже не извинился, хотя это ничего бы не дало.
Он просто сделал это, будто хладнокровный палач.
По щеке от этих мыслей скатилась слеза и я поклялась ради моего ребенка, что она будет последней самой горькой и жгучей. Но последней из-за него.
– Эй, ты как? – сестра опустила голову на мое плечо и улыбнулась, точно зная, что я грущу и по какому поводу.
– Все хорошо.
Дома и мама, и бабушка делали вид, что им не так и важно тут же услышать причину моего появления. Они давали мне право выбора и немного пространства.
Спасибо за это, но продлилась акция недолго.
– Так, все. Немедленно рассказывай, что произошло, – выпалила бабушка, доедая пирог.
– Мама, – остановила ее моя мама.
– Не делай вид, что тебе неинтересно.
– Интересно, но она же только приехала.
– Так, ладно. Я расскажу и сразу попрошу об одолжении, очень большом. Думаю, вы сами поймете, почему это важно. Мы с Захаром расстались и это точка невозврата. Но…
– Она беременна, – снова встревает бабушка и все смотрят на нее, затем на мой живот, спрятанный под столом.
– Эм… Да, я беременна.
– Ах, – мама хватается за сердце, отец сжимает кулак, одна Маша улыбается.
– Да ладно вам, че все сразу поникли. Это же ребенок, а не опухоль, – пытается поддержать сестра и все снова ахают.
– Мария, – стучит по столу мама.
– Она права. Я ребенку рада.
– Но почему же… Я не понимаю. Вы три года вместе были, Олеся?
– Мам, я оказалась готова к ребенку, а он нет.
– Неужели он не поддержал тебя?
– Вышло все это случайно, мы не планировали. Контрацептивы не сработали. Но да, он сказал, что нам рано для детей. Поссорились. Я сдуру отправилась в клинику…
– Я тебе дам клинику, – вмешался отец.
– Я не сделала ничего.