Я засёк тварь ещё на выходе из аллеи, уловил отголоски странного, непохожего ни на что плетения. У него не было привычного магического фона, оно растекалось по саду тихим, мелодичным звоном, напоминающим позвякивание золотых монет.
Именно звук и стал ключом к разгадке.
«Эхо призывателя». Саиф рассказывал об этой мерзости. Десять лет назад брат курировал зачистку Юркалады – крупнейшего в империи клана контрабандистов. Тогда он и его люди уничтожили больше полусотни торговцев крыльями. Жестоко, без суда и права на помилование.
О том, что он увидел внутри логова, Саиф никогда не говорил, но догадаться было не сложно. Тяжёлый, полный глухой ненависти и боли взгляд брата был слишком красноречив.
В такие моменты я жалел, что охота за поганью не входит в мою компетенцию. Контрабандистами занимался ковен и специальный карательный отряд морских драконов. Их магия позволяла становиться на след юркалов и сейчас вся надежда была именно на брата. Моих талантов и знаний хватило лишь на то, чтобы заметить плетение и усилить защиту для Лори, но не вычислить торговца крыльями.
А ведь это кто-то из слуг или приглашённых.
– «Эхо» перескочило на Ванду, – в мысли ворвался настороженный голос Саифа, – твоя фэйри прошла проверку, юркалы ничего не засекли и пошли дальше.
Хвала Великому Дракону! Родовой перстень, усиленный священной магией эльез, не подвёл.
– Не зря летал в горы, – усмехнулся, вспомнив своё триумфальное появление на пороге храма.
Дивный букет чуть не стоил мне жизни.
Настоятельница горного храма пришла в ярость от того, что я отправился в такое сложное путешествие недолеченным. Выручили сами эльезы. Едва выбрался из воды, они распустились по всему берегу искрящимся ковром, подтверждая чистоту моих помыслов и защищая от гнева целительницы."
"Впрочем, несмотря на вспыльчивость, Моргана была на редкость сердобольной и лететь обратно своими силами не позволила.
Говорить Лори о рисках, связанных с цветами, я не собирался. Не хотел омрачать сюрприз чувством вины, моё любопытное сокровище услышит другую версию. Красивую, нежную и сказочную, как она сама.