А вы просто ас! Я тут посмотрел ваше интервью с этой… Здорово!
– Вы серьезно? Неужто что-то получилось?
– Еще как, красавица! – пылко воскликнул Левочка. – Садись, освежим макияжик… У тебя какое платье сейчас будет?
– Голубое!
– Понял! Глотни сперва кофейку.
– Алексей Юрьевич, а вам кофе не предложили? Или чай?
– Спасибо. Разумеется, предлагали, но я не хочу.
Освежив грим, Наташа встала.
– Съемка через десять минут. Увидимся в студии.
Она улыбнулась артисту.
Ух, до чего хороша! И умная при этом!
Платье было очень красивое.
– Красотища! Не думала, что голубой тебе так пойдет, – заметила помощница Валя. – Ты вообще, как вернулась из Юрмалы, выглядишь потрясно. Ты там часом ни в кого не втюрилась?
– Нет, – счастливо рассмеялась Наташа. – Разве что в Балтийское море.
– Да, такая свеженькая, просто огурцом пахнешь.
А ведь Кузьмин еще никак не связывался с ней. Сердце вдруг упало. А вдруг на этом все и кончилось? Я не переживу!
Беседа со знаменитым артистом шла на удивление легко, и оба получали от нее удовольствие.
– Скажите, Алексей Юрьевич, вы как-то говорили, что сейчас артисты редко умеют хорошо читать стихи в стихотворных пьесах…
– Увы, это так.
– Да, но при этом вы и себя не пощадили, сказали что и вам это нелегко дается.
– Увы, и это так, – развел руками артист.
– Но я не так давно была на вашем спектакле «Сид» и мне показалось, что вы-то как раз с этим прекрасно справляетесь? Это что, актерское кокетство?
Он рассмеялся.
– Нет.
– Тогда что? Самокритичность?
– Пожалуй! Ну и еще – меня угнетает падение сценической культуры. Сейчас артистов хуже учат… И говорят они зачастую безграмотно, и манеры… оставляют желать лучшего.
– Их плохо учат или же они плохо учатся?
– Гм… Хороший вопрос! Есть и то, и другое. Конечно, зачем парню хорошие манеры, если он со второго курса начинает сниматься во всякой чернухе с лагерным уклоном? Он уже прославился, стал популярным, его рвут на части, так до манер ли ему?
– Но вы тоже снимаетесь в сериалах, а манеры у вас – не придерешься.
– Так меня еще хорошо учили, и я тоже хорошо учился.
– А на каком курсе вас начали снимать?
– На третьем. Но меня снимали все больше в костюмных исторических фильмах и манеры там были нужны."
"– А речь? Вот мы с вами говорим уже много, но вы не сделали ни одной из столь распространенных нынче ошибок. Сейчас даже, вроде бы, образованные люди говорят ужасно.