И, скорее всего, ей не хотелось особенно распространяться об этом среди своих друзей и знакомых, у которых, как жены Малякина, сохранилось воспоминание о ней, как о всегда здоровом человеке.
Никто не вечен. Именно у таких стопроцентных здоровяков обычно и бывает такой неожиданный финал.
А ее племяннику Стасику удалось исчезнуть и для всех незаметно превратиться в Марию Иннокентьевну.
Дело в том, что сама Мария Иннокентьевна очень похожа была на своего брата.
По свидетельству очевидцев, ее золовки, писателя Малякина и его жены, фотографии и уж тем более портрет на гранитной могильной плите даже отдаленно не передавали сходства между братом и сестрой.
Если бы не разница полов и возраст — Мария Иннокентьевна была младше своего брата Константина Иннокентьевича, они были почти копией друг друга!
А сын Лидочки и Константина Иннокентьевича — он же племянник писательницы Марии Погребижской — как две капли воды похож на своего отца.
Фотографии из альбома золовки это подтверждали.
Фамильное сходство.
Все трое были очень похожи..
Ставка в этой афере и делалась Станиславом на фамильное внешнее сходство. Особенно — на глаза. Единственные в своем роде незабываемые глаза Марии Погребижской.
Кто из тех, кто хоть однажды видел эти глаза, мог заподозрить подмену?
Но в том-то и дело, что незабываемые синие очи не были единственными в своем роде. У Станислава Константиновича они были не менее синими.
Большую роль в этой мистификации сыграла и Лидия Евгеньевна, ее неограниченные возможности секретаря Погребижской, которая сама уже давно ни с кем не общалась.
Он всегда носил длинные юбки — это подчеркивало женственность, как и его узкие женственные руки с длинными, тщательно ухоженными ногтями, покрытые светлым перламутровым лаком.
Очевидно было также, что Стае пользовался специальным, старящим его гримом…
А дальше случилось непредвиденное.
Лже-Погребижская никогда не встречалась с людьми, которые ее хорошо знали, такими, скажем, как Малякин. Что не удивительно: бывший воздыхатель, несмотря на долгую разлуку, все же Различил бы, кто перед ним: мужчина или женщина.
Зато «она» охотно встречалась с журналистами.