Проводив его, полковник с парнем вернулись к крыльцу, и Елисей, не удержавшись, подошел к коню. Осторожно поглаживая его по бархатному храпу, парень перебирал пальцами густую челку, заставляя коня тихо пофыркивать. Караковый красавец положил голову парню на плечо и, вздохнув, замер. Глядя на эту картину, Тимофеев не удержался и, шагнув ближе, проворчал:
– Вот уж точно говорят, что казаки как цыгане, за коня душу продадут.
– Для казака конь это и друг, и помощник, и соратник в бою, – усмехнулся Елисей в ответ.
– За то не беспокойся, – отмахнулся полковник. – Семья Георгадзе на Кавказе одна из самых богатых. К тому же он свое решение прилюдно огласил. В общем, твой это конь теперь. Твой.
– Ну, дай то бог, – вздохнул парень, оглаживая жеребца.
Про себя он отметил, что обещание князя помириться нужно будет передать тестю в обязательном порядке.
Утром, едва рассвело, во двор дома вкатилась уже знакомая карета, и слуги принялись переносить вещи парня. Подаренного коня привязали к задку кареты, и Елисей, попрощавшись с полковником, уселся в салон. Пятеро казаков, выделенных полковником в сопровождение, взяли карету в коробочку, и вскоре кавалькада выехала за окраину города.
До Пятигорска доехали без происшествий. Пользуясь случаем, Елисей решил сделать небольшой перерыв, чтобы дать своему сопровождению передохнуть, а заодно утрясти дела со своими приятелями. Взяв сутки на утряску всех вопросов, он выделил казакам денег на отдых и с головой ушел в дела. Как выяснилось, оба семейства вовсю готовились к переезду. К тому же оба мастера заказали кучу всяких станков и инструмента и теперь ожидали подвоза заказа.
Порадовавшись известиям, Елисей одобрил все их действия и на следующий день отправился дальше. В крепость они въехали под вечер. Расселив казаков из сопровождения и разгрузив карету, парень занялся самым приятным делом. Одариванием домочадцев гостинцами. Охов, ахов, визгов и восторгов было на весь вечер. С улыбкой наблюдая за домашними, Елисей чувствовал себя счастливым.