Взвыв от боли в вывернутых суставах, воришка приподнялся на цыпочки и, понимая, что попался, прошипел:
– Пусти, аспид, пожалеешь.
– Пасть захлопни, тварь. Пошел за тот лабаз, – жестко скомандовал Елисей, толчком направляя его в нужную сторону.
Появление на базаре воров говорило о многом. В прежние времена подобные кадры были бы уже давно отловлены и отправлены в места не столь отдаленные. Теперь же, пока идет война и основная часть казачьих войск находится на передовой, у этих граждан появилась возможность промышлять и в этом городе.
В том, что она есть, парень даже не сомневался. Подобные личности всегда работали группой. Одни таскают, другие уносят добычу, а третьи прикрывают тех и других. Ожидание парня продлилось не долго. Четверо крепких мужиков рысью забежали за угол и растерянно остановились, увидев стоящего над воришкой казака.
– Отпусти парня, – потребовал самый старший по виду мужик.
– А ежели нет, то что? – иронично усмехнулся Елисей, разворачиваясь к ним всем телом.
– Тут и останешься, – зло прохрипел мужик, воинственно встопорщив клочковатую бороденку.
– Ну, попробуй, – усмехнулся парень, делая ладонью приглашающий жест.
– Погоди, Хват, – остановил мужика тощий, но очень гибкий и подвижный, словно ртуть, мужчина средних лет. – Что-то тут не так.
– Да чего не так-то? – едва не взвыл Хват от избытка чувств. – Он же Жилу связал.
– Вижу, – спокойно кивнул тощий. – Уж больно быстро у него это вышло. Ты кто, казак?
– А ты кто? – насмешливо переспросил Елисей.
– Мы люди вольные, сами по себе живем. А вот кто ты такой, что так смело людей вяжешь и один против четверых встаешь? – задумчиво проговорил тощий, выходя вперед.
– Князь Халзанов, директор школы пластунов, – продолжая усмехаться, представился Елисей.
– Чтоб тебя, – растерянно выругался Хват, вытягивая из кармана кистень. Свинцовую гирьку на цепочке.
– Брось железку, не то свинцом отравишься, – негромко приказал Елисей, одним плавным движением выхватывая из кобуры пистолет.
– Это что за пистоль такой? – настороженно рассматривая оружие, поинтересовался тощий.
– А тебе что за дело? Вы ж тати ночные, а не лесная шушера. Вам тихо работать полагается.
– Да уж больно интересный коленкор вырисовывается, – задумчиво протянул тощий. – Нам за этот пистоль и заплатили. Жила должен был его у тебя стянуть, да попался.