Я надеялся… Я верил, что Джинджу что-нибудь придумает.
— Спасибо, дружище, — тепло улыбнулся ему Томас, вставляя руки в рукава смокинга и позволяя слуге помочь ему с одеждой. Пояснил мне: — Марк Нольс. Мой верный камердинер, начиная с трех лет. Марк, моя жена, герцогиня Наталья ван Дирг.
Я мысленно повторила имена дворецкого и личного камердинера. Пришла в некоторый ужас. Сколько тут еще слуг? И мне всех придется запомнить?
Мы стояли в нише за шторой, люди в зале нас пока не видели и не слышали. Я ждала вау-эффекта от нашего появления, а Томас внимательно изучал, как кто себя ведет на его поминках.
Дама строила глазки и кокетничала с мужчинами, те не сводили с нее глаз.
— Любовница? — спросила я.
— Бывшая, — усмехнулся Томас. — Кажется, она совсем не опечалена моей смертью.
— Спорим, ты по завещанию оставил ей приличную сумму? — сказала я, а потом поняла, что перешла на «ты». — Ой, простите. Хотя предлагаю отбросить условности, ведь мы женаты. Ко мне тоже можно на ты.
— С удовольствием, Наталья. Конечно, я оставил ей по завещанию неплохое наследство. Но сейчас завещание недействительно, я жив.
— Рекомендую сделать барышне хороший подарок.
— Как скажешь, дорогая жена. — Томас издал смешок.
Мы переглянулись, и у меня губы начали расползаться в улыбке. Супружеская жизнь начинается интересно.
— Идем, Наталья. Обрадуем всех, что я жив, — с иронией в голосе сказал он. Предложил мне снова локоть, положил ладонь поверх моих пальцев и шагнул вперед.
И вот только тогда нас заметили.
Наше появление произвело фурор.
— Добрый день, дорогие родственники и друзья, — звучно поздоровался с онемевшими людьми хозяин дома. — Рад видеть вас на моих поминках. Еще более рад сообщить вам, что я жив и умирать не собираюсь. Поминки и похороны отменяются. Отмечаем свадьбу.