— Здесь проходит нефтепровод. Его недавно чинили, потому что произошел прорыв трубы. Мой коллега доцент Захаров три недели назад брал тут пробы грунта, потому что видел следы нефтепродуктов. Мы проводили анализ в лаборатории и пришли к однозначному выводу. Это именно нефть.
— Но как вы узнали?.. — Районный прокурор непонимающе пожал плечами.
— Здесь просто копался шурф, — не моргнув глазом, заявила Смирнова. — Мы проводим исследования почвогрунтов в рамках научной темы по подготовке ландшафтной карты района. Наверное, многие из присутствующих знают, что вот уже очень много лет идет борьба за эти территории, которые когда-то имели статус природоохранных.
— А теперь я, если позволите. — Лев Иванович вышел к самому краю ямы. — Разрешите представиться. Я полковник полиции Гуров из Главного управления уголовного розыска МВД России. То, что вы видите, является доказательством незаконной добычи природных ресурсов. Я официально заявляю, что цепь преступлений, которые здесь недавно совершались, скорее всего, имеют отношение именно к этому вот нефтепроводу.
— Зачем же вы так вот? — Прокурор нахмурился. — Если все правда, то афишировать рано. Да и те, кто замешан…"
"— Вот именно! — Гуров рубанул рукой. — Те, кто замешан в этой грязи! Можно месить тесто, чтобы выпечь хлеб, или годами сосать нефтяную жижу и чувствовать себя безнаказанными. Я очень уважаю тех, кто печет хлеб, а тех, кто заведует грязью, я сажал и сажать буду.
— Я имел в виду виновных, — проворчал тот.
— Куда они теперь денутся?! — Гуров усмехнулся. — Мелкие исполнители могут и разбежаться, но нас интересуют организаторы, инициаторы этого безобразия.
— Вы уже можете кого-то назвать? — профессиональным тоном спросил какой-то журналист.
— Вот это уже и в самом деле было бы нарушением закона. — Гуров покачал головой. — Их выявит следствие, а за ходом его вы уж следите сами.
Гуров отошел в сторону, предоставив всем присутствующим возможность начать жаркую дискуссию.