Что в имени тебе моем...

Странный мальчик, отчего он так уверен в своих силах, как он собирается победить зло? И что за непонятная просьба, велеть ему назвать свое истинное Имя? Что за Имя такое? Что может быть такого в Имени? Казнь — это ведь не шутка, правда, он, как царь, может в любой момент прекратить все…

Зимруд готов был отступиться и прекратить все сейчас же. Но он дал слово Лейону. Ладно, пусть все идет как идет…

Владыка заметил в толпе пробиравшегося к самому эшафоту принца Дагона. Странно, что тот ни разу не попался ему на глаза, не задал ни одного вопроса, даже недовольства не выразил.

Все-таки Янсиль была объявлена его невестой… Зимруд подумал, что на его месте метал бы громы и молнии. А впрочем, если вспомнить ту мутную историю с волшебным зельем, что этот принц Дагон ему дал, тут еще не понятно, кто виноват и кто на самом деле заслуживает казни.

Михель тоже заметил Дагона и пошел ему навстречу, легко расталкивая толпу. Однако подходить не стал, а остановился так, чтобы хорошо его видеть. И получать удовольствие. Честно говоря, Михель был поражен, неужели этот дурак светлый даст себя убить? Смутные подозрения о подвохе шевелились в его душе, но не оформлялись во что-то конкретное.

Вдруг поднялся страшный шум и тут же стих.

По проходу повели закованного в цепи преступника. Лейон был спокоен, уверен в себе и сосредоточен. Злому было приятно смотреть на посеревшего от волнения Дагона, на толпу, подавшуюся вперед от любопытства. Тут он перевел свое внимание на Владыку. Вот на ком лица не было от переживаний! Злой даже усмехнулся про себя:

— Что за слабонервный тип, а еще всесильный Властитель! Фи.

Однако действо разворачивалось своим чередом, Лейон поднялся по ступеням на эшафот, оглядел толпу, поклонился. Палач ждал в стороне. Дагон, находившийся на грани от нервного истощения, готов был закричать во всеуслышание:

— Отпустите его, это все моя вина, — но держался.

Все уставились на Владыку Зимруда. Лейон чуть заметно кивнул ему.

Пора.

Владыка подавил волнение, напрягся, как перед прыжком, и произнес фразу, с которой все началось:

— Осужденный на казнь, назови свое истинное Имя!

— Мое имя Светлый, — впервые звучал древний язык духов перед таким скоплением людей.

— Светлый, — повторил Зимруд.

Михель потрясенно обернулся, его переиграли! Эти уроды, эти недоумки сговорились за его спиной!"

"Лейон решился нарушить запрет являть прилюдно свою Сущность, но у него для этого была причина, которой собирался оправдаться на том суде, куда он непременно отправится.