– Вот как? – Адвокат стал серьезным, нахмурился. Хотел, кажется, уйти. Даже развернулся, но снова заговорил: – Здесь все немного иначе, верно? Другой климат, я имею в виду. И люди другие. Но вы не должны переживать.
Он сказал то, в чем я сама пыталась себя убедить. Только безуспешно.
– Да, немного другое, – повторила безучастно. Мне безумно хотелось остаться одной и в то же время поделиться с кем-то переживаниями. Внутри все разрывалось от непонимания, неприятия происходящего.
– Мисс Тосни… – Адвокат потер лоб, задумчиво посмотрел на входную дверь и договорил немного тише: – Ваш муж очень ждал этого брака.
– Это все я уже слышала. Мы не будем нуждаться ни в чем. Но меня волнует другое. Мистер Донован, – спросила неожиданно, – вы ведь видели документы о моем наследстве? Завещание, вступающее в силу после брака…
Он непонимающе развел руками.
– Документы, – повторила с нажимом.
– Остановитесь. – Донован сделал шаг ко мне, замер и потер идеально выбритый подбородок. Его глаза были чуть прищурены, выражая полное внимание. – Вы имеете некое наследство – это приятный бонус для мистера Харриса, но, думаю, он потратил на контракт не меньше.
– Так велел дядя. Знаю, как это звучит. Ужасно… Но он сказал, что выбора нет. А я привыкла… Привыкла…
– Ясно. – Показалось, что адвокат зол. – А что там с завещанием? Не нервничайте так, я здесь и слушаю вас без всякой насмешки. Можете со мной поговорить, раз больше пока не с кем.
Он улыбнулся, а мне стало неловко, но отступать было поздно."
"– Когда родителей хоронили, я хоть и была мала, но слышала что-то от поверенного отца, которого больше никогда не видела, что есть еще одно завещание. Закрытое. С особыми условиями. Которое вступит в силу после моего замужества. Но я могу ошибаться, мне тогда было девять, и я могла неверно понять. А контракт о замужестве похож на рабство.