Чудовищное предложение

– Моя тетушка пока не может вставать после аварии, хотя спустя пару месяцев обязательно это сделает. Но сейчас ей важны поддержка и понимание. Именно поэтому я приехал сюда к вам лично просить быть с ней более…

– Более каким? – подтолкнул я его к ответу, а у самого внутри все кипело.

Обалдеть. Значит, Томас мой кузен и явился просить за тетку-кукушку.

– Более сдержанным с ней. О вашем тяжелом характере наслышаны все в Нью-Йорке, а тетушке Монике нельзя волноваться. Она и так многое пережила.

Кажется, это была последняя капля.

– Серьезно?! Она пережила, а я нет?!

Очень хотелось попросить в этот момент гостей убраться и желательно куда подальше."

"– Мистер Харрис, – примирительно вступил в разговор немец. – Мы прекрасно понимаем ваши эмоции. Всем тяжело, однако вам все же стоит выслушать, что расскажет Томас. Ваш кузен не желает вам зла…

Здесь я был готов усомниться. Пожалуй, если бы наши сферы с Матисоном не были столь различны, я бы решил, что он так выбивает из колеи конкурента. Весьма верный способ, так как сейчас я был далек от адекватного состояния.

– Так что там за история? Я готов проникнуться тяжестью момента, – не скрывая иронии, произнес я. – Какие же причины могут оправдать мать, которая бросила ребенка?

Признаться, я ожидал услышать сказку о том, что моей «мамочке» злые доктора сообщили, будто я родился мертвым. Но нет, меня и тут удивили.

– К сожалению, таких причин нет, – припечатал Матисон. – В молодые годы Моника была слишком импульсивна. И когда ее родители, мои бабушка и дед, стали настаивать на договорном браке с мистером Зейном, она сбежала из дому.

Мой ныне покойный дядюшка был неплохим человеком, но, как и заведено в кругах, подобных нашему, в браке предпочел выгодную партию. Однако невеста была категорически против. Да и восемнадцать лет, сами понимаете. Молодежь, алкоголь, байкерские компании. Твой отец был кем-то из них, и вроде бы они с Моникой даже собирались пожениться, но он разбился на мотоцикле. И тогда тетушка вернулась домой, уже беременная тобой, причем на приличном сроке. Бабушка и дедушка настаивали на прерывании, но ни один врач не взялся. В итоге беременность постарались скрыть, а Монику убедили, что ты ошибка ее молодости. Поэтому сразу после твоего рождения она подписала отказ.

Я злился, и мои челюсти сжимались до боли в суставах. Еще немного – и зубы могли начать крошится. Матисон рассуждал обо всем так спокойно, что хотелось немедля вмазать ему в морду. Он же не о кукле говорил, а о живом младенце.