Но кто сказал, что такой человек не может взять в руки оружие и выстрелить в другого человека? Сашка – собственник, она сама говорила об этом Антону сегодня ночью, и за свою собственность он горло готов перерезать любому. А брата Андрюшу он воспринимает именно как свою собственность.
Впрочем, пока еще не доказано, что Катерину застрелили именно из того «ИЖа», который был на вооружении у сотрудников «Цезаря» и пропал накануне. Может быть, оружие было совсем другое. Пистолет наверняка отстрелян, образцы выпущенных из него гильз и пуль должны быть в пулегильзотеке, так что установить истину несложно.
И все-таки, мог Саша убить или нет? А Андрей, задумчивый философ, которого мало что может вывести из себя? А Степан Горшков? Стас Янкевич? Елена Филановская? Марина Савицкая?
Сколько подозреваемых…
* * *– Слушай, ну и серпентарий это ваше издательство, – заметил Баринов, еще раз окидывая взглядом список, составленный со слов Антона Тодорова.
– Да вот так и живем, – усмехнулся Тодоров, – в любви и согласии.
Они сидели в небольшой комнате, которую в рабочее время Тодоров делил с двумя другими сотрудниками службы безопасности издательства «Новое знание».
– Вот я и вижу, – хмыкнул Баринов. – А главный ваш куда смотрит? Или ему по барабану? Вы же как на пороховой бочке сидите, в любой момент может рвануть.
Антон неопределенно пожал плечами. Что он может сказать? Откуда ему знать, какие мысли бродят в голове у его единокровного брата Александра? Знает ли он о том, какая атмосфера царит в издательстве? Говорит ли ему кто-нибудь об этом? Или он живет в придуманном им самим мире всеобщей любви и даже не подозревает, к каким последствиям приводит эта выдуманная любовь?
* * *Сразу после смерти отца он сменил имя и фамилию и, став Антоном Тодоровым, еще год прослужил в МВД, в 2001 году уволился и нашел работу в службе безопасности серьезной фирмы, нарабатывал опыт, обрастал связями и искал подходы к издательству.