– А ты пока можешь заняться своими делами, – милостиво проговорил он, обращаясь к Хедер и наблюдая за тем, как покраснело ее лицо от удивления и смущения. – Разумеется, вечером ты будешь прислуживать мне и моему гостю за столом.
– Р-разумеется, – прошипела Хедер.
Халид вышел из шатра следом за своим воином.
Несмотря на то что принц неоднократно объяснял ей, что место раба на полу, Хедер уселась на кровать. Господи, до чего же она ненавидела его! Будь она немного поумнее, она бы давно уже отравила это животное.
Врунья, обругала себя Хедер. Несмотря на ненависть, она прекрасно понимала, что никогда не сможет причинить ему вреда. По какой-то непонятной причине в его присутствии она чувствовала себя живой как никогда. Халид не убил и не изнасиловал ее. Более того, он даже пальцем до нее не дотронулся. Может так случиться, что этот достойный страха и восхищения воин, Меч Аллаха, прячет нежное сердце?.
Подрагивающее пламя свечи окутывало роскошные апартаменты принца мягким светом, оставляя в тени углы шатра. Халид и Малик сидели за столом в ожидании ужина. Перед принцем стоял хрустальный кубок с розовой водой, а Малик потягивал принесенное из дома вино.
– Как поживает твой маленький ястреб? – спросил Халид по-турецки.
Малик улыбнулся:
– Хорошо, если его хорошенько вздуть. Ты послал весточку?..
В этот момент откинулся полог шатра, и оба мужчины обернулись.
Хедер возникла на пороге как ангел мщения. Облаченная в яшмак, позаимствованный из гарема Малика, она была укутана с головы до ног. Видны были только глаза девушки.
Она медленно пересекла комнату, поставила тяжелый поднос на стол и принялась расставлять приборы. В качестве основного блюда сегодня был кебаб из кролика, в оливковом масле, с тимьяном и петрушкой. На гарнир подали шафранный рис, маринованные огурчики и артишоки в легком уксусе.
– Я задыхаюсь, – пожаловалась Хедер по-французски, наполняя бокалы водой. – Тело обычно пеленают после смерти, а не до.
– Ты что-то сказал? – обратился Халид к другу.
– Нет, – ответил Малик, не в силах сдержать улыбки.
Кажется, сейчас начнется фейерверк, которого он ожидал весь день. Наблюдать за принцем и его пленницей было весьма увлекательно.
– Я, наверное, ослышался, – сказал Халид.