А то, сколько лет она прожила, так оно тебе надо столько лет? Серьезно?
Ответом Орлу послужил только взгляд, ставшими вдруг черными, глаз.
- Ой, Марьяшечка, вот наговариваешь ты на себя! Грех это! Тоже мне слабая и старая ведьма нашлась! Вон Ванятку с первого же взгляда скрутила! - сменил тему Орел и, завернув книгу обратно в тряпицу, в которой она была до этого, убрал в специальный контейнер, - Марьяша, упаковал я её, так легче тебе, или ещё притягивает она тебя?
- Орел, поехали уже на базу, а? А то ведь я, и правда, на тебя могу таким же взглядом посмотреть.
- Спасибо, так легче стало, но поехали уже, Матвей, поехали.
По прибытию ""на базу"", как выразилась сама Марьяна, она, после того, как Ивана завели в комнату для допросов, сама сняла с него своё заклятье. И вышла молча, не взглянув на него ни разу.
- Матвей, как она? - кивнул в спину Марьяне шеф, - как выстояла то против книги Аграфены? - обратился шеф к парню после того, как за Марьяной закрылась дверь в конце коридора.
- Сам не знаю, Петрович, даже мне через перчатки пальцы покалывало, пока я этот талмуд упаковывал. А Марьяна же голыми руками у Ивана её забрала, когда вышла ему навстречу. Штормило её, конечно, знатно!
- Сильна, ведьма, не чего сказать! - произнес уважительно шеф.
- Петрович, я могу идти?
- Иди, чего уж! Вам сейчас обоим не помешает напряжение снять, - ухмыльнулся шеф в усы.
А спустя два часа Владимир Вишневский, в парадном кителе и с орденской планкой, занимавшей приличную часть на левой стороне груди, сидел в противоположной от допросной комнаты части здания, в кабинете Гуртового и наблюдал за допросом.
- Нет, ну, сколько же можно, Егор Матвеич! Ну разреши ты мне на 15 минут туда зайти, клянусь, мне больше не надо! - кипятился он, - этот ведьмак недоделанный врет же, ну врет! Ты же видишь!
- Володь, сядь! Ты не хуже меня знаешь, что ты, как лицо напрямую заинтересованное, не можешь проводить его допрос! И, кстати, нам уже пора! На аудиенцию к королям не опаздывают.
"- Пари? - Вишневский посмотрел на друга удивленно.
- Да, пари.