Направлять туда своих людей, ждать, следить… И еще пожаловаться королю на наглого убийцу! Пусть его казнят побыстрее, что ли? Вот ведь негодяй!
* * *– Лим!
Видеть мальчика я была рада, хотя именно он… А, что уж там! Рано или поздно, так или иначе моя тайна открылась бы. И лучше пусть в курсе будут первые лица королевства, чем их антагонисты со дна Алетара.
– Тетя Вета!
Увесистое живое ядро едва не снесло меня с ног. Повисло на шее, расцеловало в обе щеки, перепачкав чем-то вроде варенья, и напоследок дернуло за волосы.
– Как ты? Как папа?
– Замечательно! Папа у короля на приеме, а мы с мамой решили приехать в гости!
Замечательно.
А что я еще могу сказать?
Герцогиня Моринар, к лекарке, в бедняцкий квартал… просто шикарно! И сейчас Линетт Моринар выходит из кареты, сияя улыбкой.
– Вета, милая, здравствуйте!
Я сделала реверанс, думая, что сплетни мне не изжить никогда. Линетт, видимо, поняла, о чем я думаю, и развела руками.
– Алемико так настаивал, чтобы мы поехали, я не решилась ему отказать. Может, вы составите нам компанию? Прогуляемся за городом?
Я подумала пару минут и согласилась. Почему бы нет? В лечебнице моя работа на сегодня закончена, больных на горизонте не видно, день хороший…
Накаркала.
– Госпожа Ветана!!!
Пареньку было на вид лет пятнадцать. Встрепанный, взъерошеный, какой-то дерганный.
– Госпожа Ветана, помогите!
Я развела руками и быстро, пока никто не успел ничего сообразить, чмокнула Лима в нос.
– Извини, малыш. Работа.
Где там моя сумка?
Общаться с Линетт Моринар мне не хотелось. Мы слишком далеки друг от друга. Она – герцогиня, я лекарка, она из благородных, я из бедных, она из Белого города, я из Желтого…
Ни к чему.
Ах, вернуть бы те золотые времена, когда о моем даре не подозревал никто, кроме бабушки! Но это невозможно.
Интересно, думала ли бабуля, что получится вот так, что меня закружит и понесет, словно щепку в водовороте? Нет, вряд ли.
А вот как из нее выпутываться?
Не знаю, ничего не знаю.
* * *Мужчине было за восемьдесят. Старик лежал на кровати и тихо умирал, это я видела.
Меня встретили четыре пары внимательных глаз.
Красномордый дядька лет сорока – явно пьющий, явно сын; толстая тетка тех же лет, похоже – любящая мать и невестка, и парень постарше.