Пока я предавалась философским мыслям, не заметила, что кто-то подошёл ко мне слишком близко.
— Привет. Ты кто? — спросил меня странный беловолосый инопланетник.
Я вздрогнула и отскочила подальше, машинально занимая защитную позицию. Вбитые за годы навыки рукопашного боя дали о себе знать.
— Я тебя не обижу, мне просто любопытно, — миролюбиво сказал мужчина.
Он поднял руки ладонями вверх, демонстрируя отсутствие оружия. Немного успокоившись, я стала рассматривать незнакомца: высоченный, наверное, около двух метров, мускулистый, но не слишком, скорее, даже жилистый.
— Как вы здесь оказались? Это закрытая территория. Сюда вход пассажирам и посторонним запрещён, — строго сказала я.
— Так же, как и ты. Я пришёл послушать музыку, — сказал своим удивительным мелодичным голосом тарианец и отвернулся к смотровому окну, как будто там, в тёмной глубине космоса есть что-то крайне интересное.
— Я не смотрела, а просто… думала, — ответила я, не зная, как описать свои философские размышления. — Так все-таки: как ты прошёл через запертые двери?
— Они были открыты, — меланхолично сказал инопланетник, переключив своё внимание на меня.
Внезапно мужчина напрягся и подозрительно сощурил свои дивные рыжие глаза.
— Откуда у тебя это? — спросил он меня совсем другим тоном.
— Не понимаю, о чём вы? — ответила я вопросом на вопрос, действительно не представляя, что именно заинтересовало тарианца.
— А, в общем, не важно. Так кто ты, ты так и не ответила? — снова сменил гнев на милость странный ушастый тип, вызывая у меня изумление своими перепадами настроения.
— Я человек, разве вы не видите? И я с вами на брудершафт не пила, чтобы обращаться ко мне на «ты».
— Я не понимаю, что это значит, человек, — искренне сказал блондин и приблизился ко мне на шаг.
— Я говорю о том, что не давала разрешения обращаться ко мне неофициально, как к другу. Для этого у нас есть обычай или ритуал, когда люди вместе пьют вино особым образом и целуются, после этого они становятся ближе и могут обращаться друг к другу просто на «ты».
— Ты хочешь разделить со мной питьё и поцеловаться? — с лукавой улыбкой спросил тарианец, делая ещё шаг в мою сторону. Вот сейчас я уже была готова верить в слухи и сплетни о любвеобильности этой расы.