Но если и было, то я лишь каждый раз удивлялась — как? Ну, вот как он так чутко понимал, куда и когда надо надавить, чтобы я буквально билась в предвкушении очередного оргазма. И этот раз не стал исключением.
Я еще минут десять приходила в себя, бессильно лежа в ванне, прикрыв глаза. Герман устроился позади меня, и такое умиротворение накрыло меня, что я не удержалась и потерлась щекой о его грудь. Настолько чудесно мне было в этот момент.
Однако расслабиться полностью, ощущая стоящий колом член, было сложно. Да и что скрывать — я, словно течная кошка, хотела снова.
А вода между тем стала остывать, отчего я зябко передернула плечами. Заметив это, Герман без слов поднялся сам и помог встать мне. Он явно до сих пор был голоден в этом смысле. Потому что взгляд был все еще наполнен желанием.
— Хочу твой рот. Порадуешь меня? — хрипло спросил он.
И у меня не возникло ни малейшего желания отказать ему. Напротив. То, как он попросил об этом, говорило о потребности.
Я до сих пор не особенно хорошо умела делать минет. Но старалась. Пальцы Германа в волосах больше не пугали. Впрочем, он и сам пытался не давить, позволял делать в комфортном темпе, пока не оказался слишком близко к финалу. В такие моменты он всегда срывался, теряя контроль. Но даже в этом я находила своего рода кайф.
Никто и никогда не хотел меня вот так — до трясучки.
— Охереть… — услышала я, переводя дыхание. А затем оказалась на ногах, после чего меня жестко поцеловали. Жадно. Грубо. С напором. — Какая же ты…
Что Мороз имел в виду, я так и не узнала — очередной поцелуй увлек нас в водоворот нежности и уже более спокойных ласк.
В эту ночь Герман будто сорвался с цепи. И все мои подозрения о том, что у него был кто-то другой все это время, развеялись. К утру я была выжата, как лимон, и засыпала на ходу.
Тогда я еще не знала, что это была наша последняя ночь, не знала, что стоило брать по полной от жизни…
31. Есения
Утром я проснулась в отличном настроении. Несмотря на то, что спала мало, я готова была горы свернуть. Безотчетная улыбка не сходила с моего лица. Германа ожидаемо не было рядом. Но по смятой подушке я точно знала — он ночевал со мной.
Катюша встала тоже поздно. И хотя после раскапризничалась, дала мне немного отоспаться.