Отловили и притащили к себе на пастбище, где принялись активно выхаживать, как горячо любимого родственника. А когда я некоторым образом пошел на поправку, мне объявили, что отныне я — раб. И как только встану на ноги, начну прилежно вкалывать с утра до вечера — во благо процветания хозяйства Хашмукаевых. Таким образом, мне не повезло в последний раз — круг злоключений замкнулся.
Надо признаться, что теперешним своим бедственным положением я в некоторой степени обязан своим скверным манерам. Кандалы на меня надели не сразу, да и руку ломать вот так вот с ходу никто не посчитал нужным.
Тут будет реклама 1
Лежал я себе, лежал — заживал помаленьку, а как только почувствовал, что в состоянии передвигаться, решил тихо покинуть своих благодетелей. Уж больно мне не понравилась формулировка моего нынешнего статуса и особенно необходимость вкалывать с утра до вечера. За годы службы в войсках я обзавелся страшным и неизлечимым недугом, который, правда, не числится ни в одном медицинском справочнике, но прекрасно знаком каждому офицеру и обзывается примерно следующим образом: «Стойкое отвращение к физическому труду».
Тут будет реклама 2
Так что можете себе представить, в какое уныние меня ввергла перспектива, расписанная главой рода Хашмукаевых.
Когда мне показалось, что мой организм восстановился, я, улучив удобный момент, звезданул по кумполу главу семьи (сын в тот день ездил в долину по делам) и удрал. Шанс выбраться из республики был вполне реальный: продукты я накопил заранее и прихватил с собой, географию этой славной рабовладельческой державы знаю получше многих ее коренных жителей, а в горах могу жить неопределенно долго — я человек ЗОНЫ.
Тут будет реклама 3
Однако, как оказалось, я здорово переоценил свои силы. Попутешествовав три часа, наглотался свежего воздуха, устал от непривычной нагрузки и уснул под первым попавшимся кустом, как насосавшийся молока беби. И вскоре был схвачен поднятыми по тревоге людьми Рустема — старшего зятя Хашмукаевых, у которого в предгорье имеется целый отряд головорезов.
Тут будет реклама 4
Вот так. Если вы расскажете об этом курьезном фактике кому-нибудь из моих прежних сослуживцев, вам без «базара» накатят в репу — за попытку профанации боевого братства. Никто не поверит, что бывшего офицера спецназа повязали в горах только из-за того, что он тривиально уснул и не услышал подкрадывающегося врага. Так не бывает…
Так вот, вернули меня обратно и стали соображать, что же со мной делать. Сообразили.
