— С него и начнем.
— Вы туда поедете один или вместе с Хуби?
— Для начала просто дам телеграмму, — отвечал Загорский. — Диктуйте адрес вашего пансиона.
Глава шестнадцатая. Украденные шедевры
Небольшой аукционный зал был набит народом, как коробка сардинами.
— Яблоку негде упасть, — заметил Юсупов, оглядываясь на сидящих позади Хуби и Вилли. Хуби торжествовала, у ее мужа на лице было смешанное выражение облегчения и печали.
— Еще бы, — сказал Загорский, — вы ведь видели каталог торгов? Картины и антиквариат из русской императорской сокровищницы.
Юсупов пропустил этот пассаж мимо ушей, но спросил, каковы их дальнейшие планы?
— Как только аукционист выставит какую-то из ваших вещей, вы немедленно дадите мне знать, — отвечал Загорский.
— И что же мы станем делать? — полюбопытствовал князь. — Торговаться за нее?
Нестор Васильевич отвечал, что это было бы крайне нежелательно.
— Поэтому просто сидите и ждите, — сказал он.
Юсупов кивнул и тоже оглядел зал. Люди здесь собрались богатые, но ни одного знакомого аристократа он не увидел. Его немного поразила безвкусная роскошь дамских туалетов, режущее глаз изобилие золота и бриллиантов.
— Почему так темно? — спросил Юсупов.
— Торговля ворованными ценностями — дело чрезвычайно интимное, — отвечал ему Загорский. — Оно не терпит лишнего бахвальства и публичности. Кроме того, тусклый свет создает ощущение безопасности у всей этой публики. Ложное ощущение, замечу в скобках. Все, кому надо узнать, кто именно купил ту или иную вещь и за сколько, рано или поздно это узнают.
Наконец явился аукционист — сухопарый немолодой мужчина со следами аристократического вырождения на длинном морщинистом лице — и торги начались. Аукционист поприветствовал собравшихся и объявил, что нынешний день — день поистине исторический, поскольку впервые в Европе здесь будут представлены сокровища русского императорского дома, волею судеб прибывшие из России.
— Волею судеб! — хмыкнул Юсупов.