— Если Серегин скажет, что дважды два — четыре, или что Земля вращается вокруг Солнца, не верь, — толковала Ирэн.
— Но сын-то…
— Сын есть, — с досадой сказала она, — зовут Базиль. Он даже хотел меня с ним свести. Но мне не интересно, Базиль не человек, а канифоль. Тюфяк и маменькин сынок.
— Зато папаша у него обаятельный, — с некоторой ревностью заметил Волин.
— Зло и должно быть обаятельным, иначе кто попадет на его крючок, — объяснила Иришка…
Волин вздохнул: похоже, в этот раз они промахнулись и убийцу придется искать в другом месте.
Так они и сделали. Метод, как ни странно, оказался вполне действенным. Очень скоро выяснилось, что незадолго до смерти покойный Завадский выразил желание продать кое-что на торгах аукционного дома «Лё Маре́[3]».
— Лё Маре? — удивился Волин. — По-французски это, кажется, болото.
— Сам ты болото рязанское, — отвечала Ирэн. — Лё Маре — исторический центр Парижа, богемный квартал, самое, как говорят у вас, понтовое место.
— Понял, — кивнул старший следователь. — И что же именно хотел продать покойник в этом твоем «Лё Маре»?
И он вопросительно поглядел на мадемуазель Белью. Та слегка нахмурила свои соболиные, как сказали бы в старину, брови. К сожалению, конкретных предметов в аукционном доме назвать не смогли.
— Как же так, ажан, не разочаровывайте меня! — взмолился Орест.
И Иришка не разочаровала. Да, предметы не были названы, но стало известно, что речь идет о вещах, принадлежавших старинному роду Юсуповых, а точнее, последнему князю из этого рода — Феликсу Феликсовичу Юсупову.
При этих словах глаза Волина блеснули странным огнем.
— Что? — спросила Иришка, как всякая почти женщина, тонко чувствовавшая перемены настроения собеседника.
— Ничего, — отвечал Волин загадочно.
Но так просто отвертеться ему не удалось. Девушка атаковала его с русским напором и французским очарованием, и он-таки вынужден был сдаться. Выяснилось, что вот именно сейчас старший следователь читает мемуары одного человека, который очень хорошо знал князя Юсупова.
— И как это нам поможет? — сурово вопросила Иришка.
Этого он пока не знал. Знал только, что такое совпадение не может быть случайным.