Советники короля продолжали выполнять свои обязанности, так как невозможно было отстранить от работы столько важных помощников правителя сразу, тем более, что виноват был лишь один (до сих пор не ясно было – кто именно). Так что Бориор, как и раньше, с тех пор, как вернулся жить от внука в свой дом, заглядывал к родным на огонек, а остальное время посвящал работе. Работы сейчас в области образования было много: требовалось укомплектовать учебниками и учителями планируемые новые поселковые школы, а также четыре давно построенные школы для невест, открывающиеся в провинциальных городах, в которых согласились работать женщины – выпускницы первого курса Насти.
Вечерами сестры Таис теперь чаще всего сидели дома, прячась от настойчивых зарубежных поклонников: представители посольских миссий облюбовали для своих длительных прогулок именно ту из центральных улиц столицы, на которой располагался особняк Таисов.
– Как страшно быть магиней, – недовольно бурчала Аврора, помогая кухарке Альясе взбивать масляный крем. Сладкая густая масса буранчиком закручивалась в плошке, повинуясь магической силе молодой хозяюшки.
Сидевшие у окна на лавке сынок конюха и внучок дворецкого дружно покосились на вышагивающих за оградой магов и захихикали.
Эос, перебиравшая за столом гречневую крупу, ссыпала очищенные от лишних примесей зерна в кастрюлю и спросила:
– Почему враждебные? Они ничего плохого не хотят, наоборот, поухаживать собираются, смотри, сколько цветов у них из-за пазухи торчит.
– Что ж сама тут у печи сидишь? Иди, прими ухаживания, – предложила старшая сестра.
Эос отрицательно покачала головой:
– Я Авара жду и не хочу давать другим ложных надежд. А вот тебе ничто не мешает пообщаться с этими милыми и приветливыми юношами. Тебе же симпатичен Аол Ралин, так почему ты его избегаешь?
– Мне не интересно бродить по улицам за ручку и болтать ни о чем. Да и повышенное внимание мужчин не нравится.